Lettre à un otage

Подлинная радость - это радость разделенная.

И тогда свершилось чудо. То было чудо очень скромное. Я не захватил с собой сигарет. И когда один из моих стражей закурил, я, сам не знаю отчего, слегка улыбнулся и знаком попросил у него сигарету. Сперва он потянулся, медленно провел рукой по лбу, поднял глаза, посмотрел уже не на мой галстук, а мне в лицо — и, к моему немалому изумлению, тоже чуть улыбнулся. Это было как первый луч рассвета.

Зачем мне друг, который меня судит? Если меня навестил друг и если он хромает, я сажаю его за стол, а не требую, чтобы он
пустился в пляс.

Друзья, готовые нам помочь, находятся быстро. Куда труднее заслужить друзей, которые ждут помощи от нас.

«Пустыня не дарит осязаемых богатств, здесь ничего не видно и не слышно, а меж тем внутренняя жизнь не слабеет, напротив, становится еще насыщенней, и волей-неволей убеждаешься, что человеком движут, прежде всего, побуждения, которых глазами не увидишь. Человека ведет дух. В пустыне я стою ровно столько, сколько стоят мои божества.»

Уважение к Человеку! Уважение к Человеку!.. Если в сердцах людей
заложено уважение к человеку, люди в конце концов создадут такой
общественный, политический или экономический строй, который вознесет это
уважение превыше всего. Основа всякой культуры прежде всего - в самом
человеке. Прежде всего это присущая человеку слепая, неодолимая жажда тепла.

Для мореплавателя суша воплощена всего лишь в свете нескольких маяков. По маяку не измеришь расстояния. Просто его свет стоит перед глазами. И в этой путеводной звезде - все чудеса далекой суши.

"Долго надо взращивать дружбу, прежде чем друг предъявит на тебя права."

Если путник, взбираясь в гору, слишком занят каждым шагом и забывает
сверяться с путеводной звездой, он рискует ее потерять и сбиться с пути.
Если он просто переставляет ноги, лишь бы не застыть на месте, он никуда не
придет. Прислужница в храме, чересчур озабоченная сбором платы за стулья,
рискует позабыть, что она служит Богу.

Пригревало солнце. Теплым медом оно омывало тополя на другом берегу и равнину до самого небосклона.