Цитаты из книги Падение Левиафана

– Если не сумеем, цивилизации конец. Пропадет все, чего добилось человечество. – Ну, хорошо уж то, что пожалеть о нем будет некому, – заключил Амос

-- Мы это и так знали.
-- Подозревали.
-- А теперь знаем?
-- Тверже подозреваем, – поправила Элви. – Мы ученые. Наше знание – только пока не будет доказано, что мы ошибались.

-Ты, когда шёл сюда, знал, что не вернёшься. -Да. Но надеялся. Ты, может, и знал. -Оптимизм - это для мудил.

- Меня звания не интересуют, я Амос Бартон. Если мы поладим - я обычный чувак и если вы здесь ради того, чтобы затеять кукую-то дрянь, тогда я тот парень с которым вам придется справиться для начала, так своим и скажи. Он неопределенно улыбнулся Маррелу и подождал пока дипломатическая группа выслушает перевод. - Вот и хорошо. - сказал Амос Бартон когда Маррел закончил. - А теперь, когда мы разобрались, пошли со мной, возьмем пивка и заново познакомимся.

— Мы готовы, — сказала Элви.
— Это преувеличение, — вставил Фаиз. — Мы достигли произвольного уровня «к черту, и так сойдет».

-С гневом я знаю что делать. А грусть, страх,жалость к себе, колебания... Это все направлено внутрь. Они запирают тебя в тебе. С них никакого проку. Гнев направлен вовне. Гнев требует действия. Гнев полезен. Ты готова его использовать?

Жизнь - до самой смерти жизнь.

- Он говорит, что там, откуда берется эта энергия, наши законы не работают. - Мы это и так знали. - Подозревали. - А теперь знаем? - Тверже подозреваем, - поправила Элви. - Мы ученые. Наше знание - только пока не будет доказано, что мы ошибались.

- Ты когда последний раз спала? - Спать - это что за слово? Приятно звучит.

Ей уже с трудом верилось, что было время, когда ее жизнь не состояла из скачков от травмы к травме - как по камешкам в декоративном саду.

Микрофлора кишечника оказывает огромное воздействие на сознание, эмоции и метаболизм.
[сказала доктор Окойле]

Джим отстегнулся от кресла-амортизатора и развернулся. Пружины скрипнули, смещаясь под его весом.
— Я на минутку спущусь в камбуз, — сказал он.
— И мне прихвати кофе, — попросил Алекс.
— Нет, только не кофе. Пожалуй, возьму ромашковый чай или теплое молоко. Чего-нибудь успокаивающее и смягчающее.
— Звучит неплохо, — одобрил Алекс. — Когда передумаешь и возьмешь кофе, не забудь еще один, для меня.