Цвет вечности

Смерть вообще перестала казаться опасной.
Мне было лишь жаль, что напрасной стала жизнь.

- Мой дом здесь, в нави. Я в каком-то смысле - порождение тьмы, а не света. Для меня туда пути нет.

Он преследовал меня, находясь во власти заблуждений своей памяти, принимал меня за кого-то еще и желал меня съесть.

Он был в черном рваном одеянии и плаще и пристально смотрел на меня. Раздавался угрожающий глухой звон его цепей, тянущихся вслед по земле, обкрученных вокруг лишенных плоти ребер, виднеющихся сквозь прорехи в дырявом облачении.

Первый, кому выпадает шанс после смерти осудить твою душу – ты сам.

А твоя жизнь не напрасна

Глаза его до сих пор оставались алыми, как у волка, даже ярче. Я молчала, замерев в исступлении. От его вида меня бросало в холодную дрожь, и, ерзая на полу, при всей бесполезности усилий, я безустанно ворочалась, пыталась сбросить цепи. Пусть и будучи в полной уверенности, что, если и получится – мне не сбежать.

Пока я молчала, лишаясь кислорода, бледнея и синея, стремительно теряла и душевные силы, и физические, он присел на корточки и вымочил ладонь в луже моей крови. Она до сих пор сочилась из моей руки. Поднес ладонь ко рту, провел по ней языком. Попробовал мою кровь на вкус. И от удовольствия закатил глаза.

Мы замерли посреди ночи, посреди темного озера, под мерцанием звезд, под луной.

Жажда власти – единственная и главная движущая сила их стремлений. Представь себе все хорошее, чего хочешь ты, а затем подумай о противоположном. Это и есть их сокровенные желания.