Морфология волшебной сказки

Книга "Морфология волшебной сказки" представляет исследование структуры и элементов сказочного повествования. Автор умело разбирает сказки по составу, выделяя постоянные и переменные элементы, а также функции, которые повторяются от сказки к сказке. Пропп обнаружил, что в любой сказке присутствуют определенные действия, которые выполняют главные персонажи, и выделил тридцать одну повторяющуюся функцию. Все сказочные функции связаны действиями главных персонажей, которых у Проппа семь: герой, вредитель, отправитель, даритель, помощник, царевна, ложный герой.

Сушествуют карточки пропа для создания сказок. Используются в детских садах и развивайках.

Эта книга позволяет  глубже понять сказочное повествование, его структуру и особенности. Она является ценным ресурсом для всех, кто интересуется литературой и фольклором.

Основная причина разочарования (в любой ситуации, не только при чтении этой книги) это несоответствие ожиданий реальности. Мне думалось, что в книге представлена внятная и обоснованная классификация многообразия сказок, но я увидела очень большую описательную часть и невнятную, на мой взгляд, попытку структурировать это. До биологической классификации, которую неоднократно упоминает автор, очень далеко. Формулы, призванные описать сюжет сказок, громоздки и нежизнеспособны. Интересна, безусловно,  сама мысль о единстве конструкции волшебных сказок, но внятных выводов в тексте не звучит. Даже со скидкой на почти столетний возраст произведения ставлю только 3.

Первая часть значимого и весомого научного труда Проппа о сказках.

К моему огромному счастью, благодаря различным рецензиям, я сначала прочитала «Исторические корни волшебной сказки» (считаются второй частью), которая была насыщенна яркими примерами, интересными отсылками и подробными разборами (несмотря на это, книга все равно остается местами суховатым научным анализом, ведь по факту ты и читаешь массивный филологический труд советского фольклориста).

Морфология – это разбор по составу, выделение функций, классификаций, в общем, препарирование и четкий анализ структуры сказок. Несомненно, это титанический и значимый труд, но все же для обычного обывателя (коим я и являюсь) не особо нужный.

По итогу вышел этакий учебник с классификациями.

Конечно, для людей, кто более глубоко и на профессиональном уровне изучает данную тему, несомненно, книга будет полезной и весомой (по крайней мере, я так думаю), но для общего знакомства с тематикой - не совсем обязательной.

Хотя сам Пропп пишет, что прежде, чем подходить к предпосылкам возникновения сказок и конкретным примерам, нужно сначала разобрать все по составным частям, по деталям и элементам. Я это вполне понимаю и с точки зрения науки, конечно, принимаю, но с точки зрения обычного обывателя – «исторические корни» будут все же информативнее и гораздо интереснее.

P.S. Если немного затронуть биографию самого Проппа, то крайне печально становится от того факта, что после такого прекрасного труда, как «Исторические корни..» (после «Морфологии» все было прекрасно) он попал в опалу в связи со всей этой советской цензурой (обвинение в антимарксизме, извращение истинной картины мира и прочего по тем временам весомого обвинения).

Так что не смотря на довольно неприятную, мягко говоря, оценку современников Проппа, будем радоваться, что он все же рискнул и опубликовал свой значимый труд в области фольклора уже для людей 21 века, которые смогут по достоинству оценить масштабную работу.

В детстве, когда мне было лет восемь, я гостила у сестры. Там мне попалась удивительная книжка с русскими сказками - богато иллюстрированная вензелями, цветами, девушками в кокошниках, богатырями и, конечно, богатырскими конями!
Что хорошо в сказках - ты быстро понимаешь, так сказать, сеттинг - что тут возможно, а что нет, от кого ждать подвоха, с кем надо быть повежливее и все такое. Но в то же время, сказки очень однообразны и быстро забываются, так как похожи одна на другую. В детском сборнике, конечно, было не так весело, как в классической подборке Афанасьева - с инцестом, людоедством и зомби. Это здорово освежает, тут не поспоришь.
В своей книге Пропп объясняет это сходство и предлагает прям готовые планы - какое действие за каким следует, как развивается общий сюжет и отдельные эпизоды. Прям методичка по написанию не только сказок, но и рассказов, например.
Сравнение сказок происходит с помощью формулизации. Пропп кодирует каждый значимый поворот сюжета символом, в итоге у сказки получается что-то вроде формулы. Если сравнивать их друг с другом, сразу видно сходство сказок.

Мне всегда был интересен фольклор — не только сами сказки, но и то, откуда они берутся, какие культурные, социальные и исторические обстоятельства становятся почвой для их рождения. О книге Проппа я слышал давно, и в последнее время она все чаще мелькала в моем инфополе. Название «Морфология волшебной сказки» звучало особенно заманчиво: у меня понятие «морфология» плотно ассоциировалось с лингвистикой, а значит — с анализом сказки как живого культурно-языкового явления. Я ожидал увидеть исследование сказки в ее историческом и общественном контексте.

Уже при беглом просмотре книги меня удивили встречающиеся на страницах буквенные формулы — почти как в алгебре, — но я решил не судить преждевременно. Прочитав книгу полностью, я понял, что мои ожидания и реальное содержание разошлись довольно существенно. Пропп рассматривает сказку строго как лингвистический продукт: разбирает ее на функции, последовательности действий и устойчивые структурные элементы. Это фундаментальная работа для филологов и исследователей языка, своего рода вспомогательный инструмент, а не популярное культурно-историческое исследование, которое я хотел бы прочесть.

Сухой академический стиль изложения делает чтение местами утомительным настолько, что цитаты из самих сказок на его фоне выглядят почти инородно. В итоге книга оказалась не тем, что я искал, — отсюда и моя личная низкая оценка. Тем не менее, ее значимость для лингвистики и структурного анализа фольклора отрицать нельзя. Просто это труд не для широкой аудитории, а для узких специалистов.

Специфическое произведение, на мой взгляд. Не исключаю, что пригодится творческим людям при создании сказок, а в повседневной жизни мне эти классификации, формулы и, например, функции героев сказок на очень пригодятся:

1. Один из членов семьи отлучается из дома.

2. К герою обращаются с запретом.

3. Запрет нарушается.

4. Антагонист пытается произвести разведку.

5. Антагонисту даются сведения о жертве.

6. Антагонист пытается обмануть свою жертву, чтобы овладеть ею или ее имуществом.

7. Жертва поддается обману и тем невольно помогает врагу.

8. Антагонист наносит одному из членов семьи вред или ущерб.

8а. Одному из членов семьи чего-либо не хватает, ему хочется иметь что-либо.

9. Беда или недостача сообщается, к герою обращаются с просьбой или приказанием, отсылают или отпускают его.

10. Искатель соглашается или решается на противодействие.

11. Герой покидает дом.

12. Герой допытывается, выспрашивается, подвергается нападению и пр., чем подготовляется получение им волшебного средства или помощника.

13. Герой реагирует на действия будущего дарителя.

14. В распоряжение героя попадает волшебное средство.

15. Герой переносится, доставляется или приводится к месту нахождения предмета поисков.

16. Герой и антагонист вступают в непосредственную борьбу.

17. Героя метят.

18. Антагонист побеждается.

19. Начальная беда или недостача ликвидируется.

20. Герой возвращается.

21. Герой подвергается преследованию.

22. Герой спасается от преследования.

....

23. Герой неузнанным прибывает домой или в другую страну.

24. Ложный герой предъявляет необоснованные притязания.

25. Герою предлагается трубная задача.

26. Задача решается.

27. Героя узнают.

28. Ложный герой или антагонист изобличаются.

29. Герою дается новый облик.

30. Враг наказывается.

31. Герой вступает в брак и воцаряется.

И разбор вариантов по тексту книги.

Не сильно впечатлила.

Несмотря на то, что книга написана довольно сложным языком, я бы даже сказала академический характер написания, то вся логика повествования сохраняется и даже остается понятной.

Одной из самых ценных идей книги является тезис о том, что волшебные сказки разных культур строятся по одинаковым принципам. Это наглядно подтверждается разбором множества текстов, в которых герои сталкиваются с похожими испытаниями, встречают схожих персонажей и проходят одинаковые этапы развития.

Также интересен анализ функций персонажей: Пропп показывает, что «царь», «разбойник» или «волшебный помощник» — это не индивидуальные фигуры, а скорее ролевые функции, которые могут переходить от одного персонажа к другому.

Мне понравилось количество приведенных примеров из других сказок, зарубежных, это наглядно доказывает току зрения Проппа. Такая книга сложна, но вполне подойдет тому, кто хотя бы понимает структуру произведений и их особенности. Как дополнительная литература довольно интересно послушать философские рассжудения.

Наверняка, когда Вы были маленькими, Вам казалось, что сказка — это какое-то волшебство, что она не может подчиняться никаким правилам. Но это вовсе не так.

Владимир Пропп доказывает, что сказку можно разложить на определенные мотивы и «пункты плана», по которому написана каждая сказка.

Для чего это было сделано? Чтобы изучить природу сказки, чтобы понять её истоки, её логику, миропонимание людей того времени, когда сказка была составлена. С помощью такого детального расклада видно из какой сказки получилась другая сказка, можно узнать какие сказки более древние, а какие — поновее.

В первую очередь эта книга написана для филологов, но легкий язык и подробное изложение материала делают её доступной для любого заинтересованного читателя!