Тревожащего вида гражданин на черном автомобиле сажает детей в салон и увозит в мир, где каждый день праздник, дают мятное какао и можно отрывать мухам ноги. Если ты окажешься там, ты будешь чуть хуже, чем мертв, но тебе все равно повезет больше, чем твоим родителям, потому что они вот уже будут совсем, по-настоящему мертвы, и какао им никто не предложит.
Виктория, которая сначала была девятилетней девочкой, а потом все росла и росла, однажды побывала в этой стране уже подростком, и с тех пор ее жизнь пошла наперекосяк. Потому что никто из взрослых не верил, что гражданин тревожащего вида мог делать то, чего, на их взгляд, не мог делать никто - например, воскресать из мертвых после того, как патологоанатом разобрал его, как старый телевизор, выкинув пару ненужных деталек.
Виктории было предначертано судьбой встретиться с тревожащим гражданином, потому что их объединяли две вещи: страсть к транспортным средствам и умение направить эти средства в страну собственных фантазий. И, разумеется, это вылилось в многолетнюю вражду в духе как если бы главный герой "Заложницы" действовал в декорациях из "Оно".
Джо Хилл взял все самое лучше из архетипов и городских страшилок и вмешал в молочный коктейль. Черный всадник, которым пугали путников задолго до изобретения машин, который одновременно предвещает смерть и нечто куда хуже смерти. Героиня с синдромом Кассандры, которая знает то, чего не знают другие, но не может объяснить. И даже пугающий оскал капитализма на лице детей-вампиров, которые навсегда застряли , играя в охоту на людей в самом коммерческом празднике на земле. Коктейль получился вкусный, но какой-то чересчур стимулирующий, как будто я действительно десятилетка и меня на рождество закормили конфетами. А наутро я вылезаю из сахарной комы, не понимая, что это было, и, шатаясь, иду по своим делам, не очень понимая, что это такое я читала всю неделю.
Возможно, я слишком много требую от хоррора про упырей, но мне у Хилла не хватило глубины персонажей, потому что они руководствуются исключительно собственными травмами. Здесь у него не один, а целых два маньяка, а для того, чтобы понять мотивацию маньяка, у меня не хватает воображения. И регулярные отсылки к "он правда думал, что так будет лучше" делают только хуже, потому что это ни разу не греческая трагедия и даже не комикс про супергероев (но кажется, Хилл очень пытался сделать именно его!).
Короче, вердикт первый - Хилл очень хорошо пишет, но слегка не то. Вердикт второй - в какой-то момент я почувствовала себя тем самым ребенком из Страны Рождества, потому что когда я заглянула в биографию переводчика этой книги, я радостно улыбалась, обнаружив, что он уже помер и больше ничего не переведет.
Потому что перевод - это ужас. Местами это просто калька с английского, которая выглядит как попытка студента RSL с B1 пробиться через зубодробительную русскую грамматику; местами - просто неудачные выражения, а местами "перевод - это крепкий". Мне казалось, что переводчики с советским образованием, которые трудились еще до засилья ИИ, должны, наоборот, писать нормальным русским языком, от которого не трясет на каждой странице. Но видимо, я опять слишком много хочу (хотеть не перестану).