Чудовище Нави, или Завтра еще пойду!

«Домовой» превратился в дворового, а потом в уличного, улепетывая в темноту.

- Я не виновата! Не виновата! Это был трудный год! – заныла бабка, которую я держала за мужскую рубаху.

- Так, ты мне президента не включай! – огрызнулась я, глядя самым проницательным взглядом.

- Представь, что ты соседка снизу! Да! – подзуживал меня один из бесят. – Пришла, руки в боки уперла, наорала, подзатыльниками всех повыгоняла! Поняла?!

Рядом закричало чудовище, от которого я подскочила на месте, едва не обделавшись. На меня умными глазами смотрела странная птица, раскорячившаяся на камышах. Мои познания в птицах ограничивались: «Съедобное и ой, какая прелесть!».

Пока рядом со мной клацали жуткие зубища, я мысленно умоляла: «Не ешь меня, у меня попка – горькая!».

Наша секретарша Машенька была девушкой божий одуванчик, но стоило кому –то пройти к генеральному без приглашения, она набрасывалась и откусывала половину самооценки. Мимо Машеньки в кабинет главного не пролетала даже муха. Не говоря уже о простых смертных. За это Машеньку ценили, уважали и мечтали убить сразу после работы.

- Кто пришел? – спросила я, сонно глядя вокруг и отрываясь от прелой подушки.

- Баба! – в один голос выдали бесы, пока я ворочалась и не хотела вставать.

- Шлите ее к Лешему, - зевнула я, слыша звон в ушах.

- Так она оттуда!

- Ой, мамочки! – как-то по-детски захныкала Анчутка, когда я доставала старину, чтобы тряхнуть ей как следует.

- А чем кормить? – паниковала я. – Чем домового кормят? Где здесь можно купить специализированный корм для старых и немощных домовых с витаминами?

- Иди сюда! Защитник дома! – схватила я домового и потащила к завалам. – Держать оборону! Как хочешь! Понял? У нас сегодня день защитника отечества! Печка – твое отечество! Вот и защищай!