Сны Авроры

Мог ли он предвидеть, что найдет ее здесь, в чужом мире, в чужом теле, в другой реальности – и снова будет с ней? Да! Да, он верил в это. Он жаждал этого. Только потому, что он знал, что однажды найдет ее, – он нашел ее.

Зеркала лгут. Они отражают действительность, но не показывают ее.

— Мне не стать человеком, и я не желаю этого. И она не человек, хотя и не помнит об этом, живя в чужой оболочке. Я хочу, чтобы она вспомнила меня. Вспомнила таким, каким знала.

— Она – блуждающая душа. Она заняла это тело без позволения.
— Тем не менее, теперь это ее тело. Иногда так случается, Кетар… Будь она все еще блуждающей душой, найди я ее чуть раньше, успей я выхватить ее до того, как она нырнула в эту оболочку, все было бы иначе… Но теперь… она не помнит меня.

Махталеон усмехнулся и сел в кресло у окна. Он смотрел, как она натягивает на чужое тело чужую одежду, и любовался ею. Мог ли он предвидеть, что найдет ее здесь, в чужом мире, в чужом теле, в другой реальности – и снова будет с ней? Да! Да, он верил в это. Он жаждал этого. Только потому, что он знал, что однажды найдет ее, – он нашел ее.

Она аккуратно закрыла шкаф, некоторое время молча рассматривала отражение Авроры в зеркале, чуть склонив голову набок, и осталась довольна.

– Вся наша жизнь – чей-то сон, Тиир.

– Тогда давай будем осторожны, Леон. Не стоит будить того, кому мы снимся.

Я не могу управлять этой оболочкой, но я могу существовать отдельно от нее. Наши мысли, наши чувства, наше сознание никак не ограничено нашим телом. Раньше я просто не знала, как этим правильно пользоваться. Теперь знаю. Пугают ли меня встречи с ним? Нет. Теперь я жду его. Я не знаю – придет ли он ко мне во сне или наяву. И я по-прежнему не знаю, что ему от меня нужно.

– Скажите мне, Адель, что это за чувство, которое рождается на грани страха и страсти? Вернусь ли я обратно, если пойду с ним? Скажи мне!

Кто сказал, что мы чувствуем телом? Телесная оболочка притупляет ощущения. Душа – вот что по-настоящему способно любить, чувствовать, воспринимать