Тогда ей явилась мысль, что жизнь имеет форму конуса и прошлое расползается вширь за пределы той точки во времени, когда ты его проживал. И чем дольше живешь, тем шире основание конуса, так что ранка или предательство, в момент их свершения почти незаметные, растягиваются, как точка на шарике, который медленно надувают. Крапинка на худеньком ребенке у взрослого становится грубым, безобразным рубцом, несводимым, с истрепанными краями.