Цитаты из книги 間の楔 / Ai No Kusabi

Что бы кто не говорил, все мы считаем себя самыми справедливыми.

Отстаивать свое мнение и не плыть по течению — значит, терпеть боль и сожаление.

Рики понимал, что этот вопрос задавать не стоит. Он не мог повернуть ход времени назад. Бесполезное вскрытие старых ран не заставит прошлое исчезнуть – оно лишь вызовет свежее кровотечение.

Лучше надавить на тормоз, чем сыграть в ящик, без нужды демонстрируя свое эго.

Высокий интеллект не обязательно добавляет остроты уму.

... держи ушки на макушке и смотри во все глаза, чтобы ни случилось. Но рот свой держи на замке. Вот что в этом мире надо, чтобы подняться. Теперь понял?

хотя физическое тело и стареет со временем, наши порочные мысли и низменные желания остаются с нами.

Воистину, нет пределов безвкусия чьих-то личных предпочтений

Если не будешь пытаться прыгнуть выше, чем тебе на роду написано, то тобой будут довольны

Внезапно оказалось: «свобода от оков» вовсе не значит, будто ты будешь делать, что хочешь, безо всяких ограничений извне. Надо было подчиняться законам и работать в сотрудничестве. А если нет — можно хоть до посинения кричать «Свобода!», а идеалы так и останутся пустым видением

Даже самый драгоценный камень не засияет, если не потратить труда и усилий на его обработку

Любая группа людей, обладающая лишь укоренившимся чувством избранности, должна была породить гнилой плод.

Страх потери самоконтроля и разума стал его неосознанным сторожевым псом

Все мы считаем себя самыми справедливыми

Люди развивались в зависимости от своего окружения, ради самосохранения, из-за желаний или даже отчаяния. Но одно в них оставалось неизменным.
Они всегда могли удивить.

Пожалуй, как высоко не заберись, всегда найдется тот, кто будет смотреть на тебя сверху вниз.

При правильной мотивации лазейки можно везде найти

Если он не изменится, мир вокруг него тоже останется прежним. Ничего не случится. Его будущее было в его же руках...

Кроме гордости полукровке из трущоб больше нечего терять

Пожалуй, правильнее будет сказать, что он ладил с самим местом, но не с людьми