Если бы люди знали, как приятно ходить по крышам, они давно бы перестали ходить по улицам.

С крыши, разумеется, звёзды видны лучше, чем из окон, и поэтому можно только удивляться, что так мало людей живёт на крышах.

- Так воспитанные люди не говорят, - сказал папа. - А ты ведь хочешь стать воспитанным человеком?

• Нет, папа, я хочу стать таким, как ты, - ответил Малыш.

— Послушай, папа, — сказал вдруг Малыш — если я действительно стою сто тысяч миллионов, то не могу ли я получить сейчас наличными пятьдесят крон, чтобы купить себе маленького щеночка?

Спокойствие, только спокойствие, сейчас я вас настигну! Вот тогда-то мы похохочем...

— Ну, полетели? — спросил Карлсон.
Малыш ещё раз всё взвесил.
— А вдруг ты меня уронишь? — сказал он с тревогой.
Это предположение ничуть не смутило Карлсона.
— Велика беда! — воскликнул он. — Ведь на свете столько детей. Одним мальчиком больше, одним меньше — пустяки, дело житейское!

Если человеку мешает жить только ореховая скорлупа, попавшая в ботинок, он может считать себя счастливым.

«Я прилечу за тобой приблизительно часа в три, или в четыре, или в пять, но ни в коем случае не раньше шести», — сказал ему Карлсон.
Малыш так толком и не понял, когда же, собственно, Карлсон намеревается прилететь, и переспросил его.
«Уж никак не позже семи, но едва ли раньше восьми… Ожидай меня примерно к девяти, после того как пробьют часы».

«- Поверь, Карлсон: не в пирогах счастье... - Да ты что, с ума сошёл?! А в чем же ещё?»

Гунилла схватила щенка.

— Тут на ошейнике выгравирован номер телефона, — безжалостно сказала она.

— Конечно, у собаки есть личный телефон, — объяснил Карлсон. — Скажи ей, чтобы она позвонила своей экономке и предупредила, что вернётся поздно. Мои собаки всегда звонят по телефону, когда задерживаются.

— Мама, я родился здесь, в Стокгольме? — спросил Малыш.

— Конечно, — ответила мама.

— Но ведь Боссе и Бетан родились в Мальмё?

— Да, в Мальмё.

— А ведь ты, папа, родился в Гётеборге? Ты мне говорил…

— Да, я гётеборгский мальчишка, — сказал папа.

— А ты, мама, где родилась?

— В Эскильстуне, — сказала мама.

Малыш горячо обнял её.

— Какая удача, что мы все встретились! — проговорил он.

Вскоре он вернулся, сжимая в руке вставные челюсти дядюшки Юлиуса.

• Ну что ты, Карлсон! - ужаснулся Малыш. - Зачем ты их взял?
• Неужели ты думаешь, что я могу доверить свои карамельки человеку с зубами! - сказал Карлсон.

Грустно, если некому крикнуть: «Привет, Карлсон!», когда ты пролетаешь мимо.

- Скажи, а нельзя ли вообще обойтись без драк? Мирно можно договориться о чём угодно. Знаешь, Малыш, ведь, собственно говоря, на свете нет такой вещи, о которой нельзя было бы договориться, если всё как следует обсудить.

- Я спросил у Карлсона, не выдумка ли он...

• Ну и что же он тебе ответил? - поинтересовалась мама.
• Он сказал, что, если бы он был выдумкой, это была бы самая лучшая выдумка на свете.

Сейчас вы увидите привидение! Дикое, но симпатишное

"Это кто-нибудь из собак Карлсона? " - осведомилась Альберг. Майор обиделся и стал ругаться: "Осёл! Я майор, а не собака! " - "Так чего ж вы меня облаяли?" - вежливо спросила Альберг.