Всего лишь травница

"...Необходимо уметь очень тонко различать ту грань, где следует действовать немедленно, а где сжав зубы, просто ждать..."

Люди вообще склонны не замечать очевидных вещей, пока не ткнешь их носом. Так уж мы устроены

Серия из влажных, тягучих касаний, что он оставил вдоль линии челюсти, породила табун мурашек.

Шестерка лошадей увозила меня в новую неизведанную жизнь, и только присутствие в ней надежной опоры в виде молчаливо сидевшего рядом лорда Вестона придавало сил и вселяло надежду на то, что вместе мы со всем справимся.

– Обязательно тебе все расскажу, но сперва накормлю и избавлю от головной боли, – улыбнулся лорд-канцлер.

– Вы же не целитель?

– Но головной мозг – моя специальность, – подмигнул он мне, прикоснулся губами к виску, и канонада, все это время не дававшая мне покоя, послушно угомонилась. В голове настала благословенная тишина, я даже зажмурилась от удовольствия, а потом неприятная мысль отрезвила меня.

– И многим вы подобную услугу оказываете?

В этот самый момент мне показалось, что брат едва заметно застонал, и я бросилась к нему. Представила, что из меня хлынул поток любви на грани нежности и бесконечной надежды, который своей неистовой силой просто-напросто стирает смертельную рану, будто ее там никогда и не было.

– Андрэ, миленький, давай же очнись, – жалобно звала я и тормошила его.

Да как вообще эта амеба недокормленная посмела поднять руку на невинного человека! Вот что он ей сделал плохого?

Последние слова он выдохнул мне прямо в рот, поцеловал в уголок губ и, чеканя шаг, покинул спальню, оставив меня в раздрае.

Ресницы накрасили черным, тоненько подвели веки коричневой краской и покрыли их сверху перламутрово-золотистыми тенями, на губы наложили прозрачный блеск, а щеки подрумянили персиковым цветом. Из зеркала на меня смотрела большеглазая куколка. Широко распахнутые глаза говорили, что их хозяйка еще совсем не знает жизни, а пробивавшийся из-под искусственного собственный розовый румянец – что ей не по себе.

Меня вытерли, обмазали чем-то с ног до головы, пропитали излишки, что оставались на коже, специальной тканью, потом всунули в неброское, но явно дорогущее платье, странно перекликавшееся цветами с флагом нашего Королевства. Однако!

А я застыла в его руках, пригрелась возле часто стучащего сердца и жмурилась. От счастья, что Его Светлость обещал, от собственной смелости, от легкости, поселившейся вдруг внутри. Я готова была взлететь в облака, но крепкие руки надежно удерживали меня на месте.

Первый раз в жизни плакала по заказу, и если мое сердце окажется не достаточно чистым по меркам древних тюссцев или в переводе найдутся еще какие-нибудь ошибки, то вполне вероятно, что это будут последние слезы в моей жизни.

«Ты бесподобна, Мари» – простонал в моей голове лорд-канцлер и, кажется, закашлялся, нехитрым образом маскируя обидный смех. – «Не попробуем, не узнаем. Так что самое время тебе возвращаться к себе» – принял решение Его Светлость. Да и кому охота лишнее время терпеть внутри себя чужого человека, отдав тому управление телом? – «Готова?» – В ответ я кивнула, но лорд Вестон все понял и без слов. – «Тогда закрывай глаза».

– Вы заблокировали свои мысли! – возмутилась я вслух почему-то голосом Его Светлости. – Это нечестно!

«Если ты разведаешь государственную тайну, а у меня таких в наличии не одна, мне придется тебя ликвидировать» – раздался со смешком в моей голове голос лорд-канцлера. – «Это все для твоего же блага, Мари».

Ну-ну, благодетель, так я и поверила!

Полная луна светила охотно, диких зверей отгоняла магия менталиста, и единственным, что омрачало эту прогулку, было ощущение моей абсолютной и полной беспомощности.

От шеи лорд-канцлера, почему-то покрытой мурашками, веяло свежим ветром, хвоей и абсолютной надежностью.

Я поперхнулась: тело обнаженного герцога – не то, что я была готова видеть в тот самый момент, тем более после поцелуя с другим герцогом.

Я тыкалась по двору, ведя мысленные споры с несознательной частью себя, пока Его Светлость в очередной раз не пришел на помощь и, ухватив меня под локоток, не подвел к экипажу. Скорее всего, он просто устал «слушать» мои противоречивые эмоции, отдающие во вселенский трагизм.

Внутри все обмирало от хитросплетения чувств. Да что ж такое! Я – всего лишь деревенская девчонка, а он – сам лорд-канцлер нашего Королевства! У нас из общего – подданство королю и необходимость в противоядии от бирицина, а мое глупое сердце вздумало начать екать от каждого жеста Его Светлости! Может быть, взять за правило теперь каждый час напоминать себе о том, что лорд-канцлер действует вынужденно и согласно долгу? Или полчаса для надежности?