Вторжение

Обложка такая (почти интригующая), да и сама "сделанность" книги (бумага, шрифт, текст) выглядит внешне очень даже неплохо.
Про авторшу - понятно, что псевдоним, но думал, иностранка какая-нибудь, ладно, пробегусь, ан, нет, -наша (а это уже лучше, это радует), тогда почитаю... Прочитал.
Правда по факту -так всё-таки и непонятно, кто она: фотографии какой-то брюнетки в сети есть, а больше (ни даты, ни места рождения, ни о том, где живет в данный момент) ничего толком нет (а может это вообще какой-нибудь "продукт коллективного "творчества", думаешь)...
Потом читаешь саму книгу - да вроде нет, кажется один человек писал...
И повествования в рассказах идут как от женского, так и от мужского лица, при этом, пару-тройку рассказиков - вполне неплохие.
Повесть -от лица шестнадцатилетней девушки, написанная, - о взаимоотношениях с матерью - тоже, вроде как ничего, но вот именно, что "ничего"... Хотя и "ничего" по нынешним временам лучше, чем "совсем плохо".
Такая вот книжка. Посмотрим, что дальше будет...
Если будет. Но потенциал есть...

Марго Гритт новое имя в современной русской литературе, победитель премии Лицей в номинации "Выбор книжных блогеров" и достойный ответ на вопрос: "работают ли в современной России социальные лифты?" С большим скрипом и не всегда, но работают, у молодой писательницы вышел авторский сборник в Альпине, и поэтому, если вам от 25 до 35 лет и у вас есть готовое произведение объемом от четырех до двенадцати авторских листов или стихи от ста пятидесяти до семисот строк, вы еще успеваете в этом году впрыгнуть в последний вагон, заявки на седьмой сезон Лицея принимаются до конца февраля.

"Вторжение" сборник малой прозы, тринадцать рассказов и повесть, так или иначе связанные с историей взросления, осмысливающие разные его аспекты. Осознание себя в мире частью общности и самостоятельной единицей, дружба, любовь, семья, социальная самоидентификация, как с навязанными или добровольно принятыми ролевыми моделями так и с теми, которым ни при каких условиях не можешь заставить себя подчиняться и следовать.

Жанрово все вещи сборника разные: магический реализм "Сороки-вороны", мягкая фантастика "Электрического балета", антиутопия "Птицефабрики", гротеск "Common people"; тяготеющий к соединению цинизма с литературой травмы реализм остальных произведений - выбрать есть из чего.

Стилистически это простая проза, без изысканной словесной вязи, без чрезмерной метафоричности, без избыточной аллюзивности и постмодернистского желания покрасоваться ученностию. Не то, чтобы емкая описательно, персонажей не видишь воочию, но эмпатичная - эмоциональные состояния передаются хорошо.

Тематически спектр достаточно широк, общее, пожалуй, неприятие социально-навязанных ролей. Обманчиво мягкое, но неподдатливое сопротивление. Вы говорите. что надо быть такой, такой и такой? А если я не чувствую-не ощущаю в себе призвания двигаться этим путем? Все равно, делаясь несчастной и вовлекая в сферу собственного несчастья всех, кому не повезет оказаться рядом?

Титульный рассказ "Вторжение" об этом, об умножении горя в мире рождением нежеланного нелюбимого ребенка. И да, родительство может быть тяжким бременем, вопреки укоренившемуся убеждению о величайшем счастье материнства. В противном случае откуда миллионы людей, которые считают, что их не любили в семье, и до седых волос зализывают душевные раны? Скажу больше, в древнеиндийской астрологии Джйотиш во множестве аспекты, прямо указывающие, что человек не будет любим матерью. Но заговорить на табуированную тему не всякий решится, респект автору.

Хотя мой любимый рассказ "Ибо мысли слышны на небе", история о девочке из приличной семьи с убежденным атеистом папой, новообращенной в православие бабушкой, которая стремится уж заодно и спасти невинную душу внучки, и мамой, которая предпочитает держать нейтралитет. Ну такая милота и так смешно.

Если Марго Гритт уйдет со скудных пастбищ литературы травмы к этому формату, который ей так хорошо удается, стану ждать следующих ее книг с нетерпением.

Открыл для себя молодую писательницу с нашего юга, которая пишет под псевдонимом Марго Гритт. До этого я побывал на встрече, как оказалось, последней для тогдашнего книжного магазина«Чарли». Произошло знакомство и интересная беседа. И вот наконец я прочитал дебютную книгу:

«Вторжение», сборник, Марго Гритт.
Здесь 13 рассказов и повесть «Чёртово колесо».

Знаете, я не сразу поверил в то, насколько открыто и проникновенно пишет Марго. От рассказа к рассказу меняется фокус камеры (авторка окончила Краснодарский государственный университет культуры и искусств по специальности «режиссер кино и телевидения»), смещаются акценты, увеличивается детальность и дерзость, с которой написаны эти тексты. Камера то превращается в хаотически движущийся объект, вырывающий кадры из прошлого, из детства героев, из каких-то воспоминаний о взрослении, о родителях... То останавливается на какой-то долгой сцене, где почти нет слов, где больше сказано, чем в тысяче слов.

Каждый рассказ превращается в некое крепко сжатое до минимума сцен артхаусное кино. Ты видишь девочку, которая не решается на первую интимную близость во время пикника, устроенного друзьями («Play/Pause»), она же помогает через несколько лет своей подруге во время свадьбы, потому что та тогда решилась.

В какую-то сказочную метафору о матери, которая исчезает почему-то ночами и спит весь день, превращается рассказ о матери и сыне — он ждёт её прилёта в гнездо с очередной драгоценностью, он хочет её увидеть и ощутить её тепло («Сорока-ворона»). Потрясла меня история, где молодую неопытную девушку Лару использовал друг семьи, которого она с детства называла дядей Андреем. И Лара никак не может принять ребёнка — свою дочь, которую прозвала Мышкой, пытается справиться с этим неприятием, а потом её тело превращается в картину, арт-объект на стене здания (рассказ «Вторжение»).

В этом с виду небольшом сборнике уместилось несколько жанров. Можно встретить и что-то наподобие триллера в стиле Тарантино, где крутая девушка после колледжа в Лондоне возвращается в родной город и пытается жить с простым парнем, словно экспериментируя над чувствами и возможностями («Common people»). Есть здесь и жёсткая антиутопия про то, как на птицефабрике вводят систему "всеобщего счастья" и с помощью видео-камер считывают улыбку у работниц («Птицефабрика»). Можно встретить и боди хоррор про то, как после несчастного случая балерина теряет ноги... Казалось, на карьере можно поставить крест, но героиня получает высокотехнологичные киборг-ноги, благодаря чему умирающий театр становится популярным («Электрический балет»).

Ностальгическим возвращением в не такое далёкое прошло стала для меня повесть «Чёртово колесо» про шестнадцатилетнюю Варвару, вынужденную проводить невыносимо жаркое лето в квартире без кондиционера. Заводской портовый город, клипы MTV по телевизору, прогулки в единственный парк с колесом обозрения... И знакомство с яркой девушкой Лесей, вернувшейся после второго курса универа из Москвы; её Варя уже слышала по утрам, когда та пела в ванной известные хиты.

Каждая глава повести названа по хитам того давно ушедшего 2007-го года. Мумий Тролль и Foo Fighters, Keane и Evanescence, Би2 и Земфира... Эта история про раннюю беременность и бисексуальность, про жажду свободы и желание быть собой... И про Варю, которая всего боится и находится под колпаком у контролирующей матери, так и не поставившей кондиционера в квартире.

Марго Гритт поднимает в своих текстах тяжёлые и острые темы материнства (желанного или чаще нежеланного), первого сексуального опыта, допустимых границ и принятия своей сексуальности, проблем матерей и детей, детских травм и страхов, которые нередко сопровождают нас всю жизнь, спрятавшись за крепкой бронёй взрослости.

Прекрасный сборник, который хочу вам посоветовать.

С первого же рассказа в сборнике я отметила для себя некоторую дерзость Марго Гритт - она и в выборе сюжетов (матери, тяготящиеся детьми, изнасилования, квиры и их самоидентификация, проституция), и в том, как она зафиналивает истории, и в том, как отрывисто иногда пишет, словно раздаёт отрезвляющие пощёчины. Я думаю, сборник может называться «Вторжением» поэтому – каждая тема, каждая история вторгаются в читательский мирок, делая тебя свидетелем неудобного, колючего и неправильного.

В авторском голосе слышится то ли ирония по отношению к современной новой искренности, то ли просто желание сказать о том же самом, но более фикционально, без приставки «авто». По крайней мере, так тексты ощущаются – в них хорошая дистанция между писательницей и её героями. Можно ли при этом сказать, что «Вторжение» очередная книга о миллелиальских травмах? Да, разумеется. Но это как будто Гай Германика сколлабилась с Мещаниновой, и третьим они позвали Оганесяна, а не Звягинцева. Посреди тлена и боли осталось место комедийности (хоть и часто с приставкой «траги»). Хорошо, что страдания не выкручены до упора, в принципе почти каждый рассказ (кроме фантастических) можно метить тегом #жзн

Повесть «Чёртово колесо», которой заканчивается сборник – о Краснодарской (или Новороссийской) жаре, взрослении и самоидентификации на фоне душащей статики. Гритт возвращает читателю лето 2007 года, когда ты маешься от жары и скуки в квартире-карцере, вентилятор бессмысленно гоняет по комнате тяжёлый воздух, а ты – свои тягостные мысли в голове. И кажется, что жизнь так и пройдёт мимо в антураже устаревших плакатов из журнала cool girl, друзья и любовь не найдутся, а мама будет вечно тобой недовольна. Эта история очень напоминает «Спрингфилд» Сергея Давыдова, где герои находят анестезию в отождествлении с западной культурой, дети mtv, чувствующие себя ненужным придатком Америки, до которого ей никакого дела. Каждая глава у Марго названа одним из хитов 2007 года, и когда там встречаются Foo Fighters или Linkin Park, пробирает, конечно, знатно (спасибо!).

Но главное достоинство повести, кмк, удачный образ матери. Писательнице удалось показать не только её злобу на мир, но и боль. Да, это классическая мать-одиночка, из-за которых нынешние тридцатилетние носят деньги психотерапевтам, подлечивая свои ГТР и ОКР, но нам показывают и её трагедию, дают возможность сочувствовать и даже устыдиться своих первых реакций в её адрес (примерно как у Аси Володиной в «Протагонисте»). Мне кажется, будущее литературы травмы именно за этим – неоднобоким анализом, неравнодушием к причинам и следствиям, потому что этап элементарного «выплеска боли» мы уже, кажется, миновали.

Перед вами сборник рассказов и повесть, проскальзывающие своими щупальцами под кожу, вторгающиеся меж клеток и всасывающиеся в кровь.

Когда происходит ужасное, ты пытаешься видоизменить восприятие, навешивая другие костюмы на мрачную действительность, пожирающую внутренности. Когда тебя используют, пользуются обстоятельствами, своей властью и авторитетом - внутренний домик крошится, в стенах зияют проломы. И тебе приходится мириться с происходящим разрушением, созерцать его днями, надеясь на какой-либо просвет, возможно, поддержку близких людей, однако те словно кричащие оболочки с затравленным взглядом и жизнью, не способны на оказание целительной помощи. И ты встаешь в планомерно двигающуюся к угасанию очередь…

Но бывает ведь по другому? Функция перемотки/стирания серости или же отмотки назад, когда еще выбор не произведен, когда еще не ступил на опасную дорогу, когда ты - правитель своей вселенной, удаляющий лишних людей и обстоятельства, уничтожающих свет. Ты наводишь камеру на счастье, да, порой встречаются и тучи, но у тебя есть доспехи и меч, ты справишься, выстоишь в неравном бою, станешь победителем, повесишь собственный флаг на важные вещи…

Марго Гритт создала тонкие и пронзительные истории, с толикой гротеска, с глубокими впадинами в долину размышлений. Вы попадаете туда, где все знакомо, встречалось ранее в том или ином ключе, поэтому содрогаетесь от бревен, летящих в глаза, пытаетесь уворачиваться, но все тщетно. Впереди еще долгая дорога с множеством препятствий с острыми краями, и лишь вы можете с помощью внутренних заклинаний дойти до конца.

Одно слово в названии, больше ничего и не нужно, чтоб понять о чём. Вторжение - в личное пространство, в эмоциональный личный спектр и топтание там в "грязной" обуви, буквальное вторжение на физическом уровне, манипуляция, абьюз, принуждение и помыкание. Когда этот яд проникает под кожу, выедает мозг и душу, когда открываешь окно не чтобы подышать, когда ночная тьма за окном в унисон с душевной тьмой.

Сборник рассказов и повесть. О молодых и поживших. О том, что они для себя не могли решить, некоторые только пока не смогли. Добротная современная проза, не чернушная, местами трогательная, не убивающая надежду, что за пределами этих ситуаций есть и нормальная жизнь. Нужно просто захотеть увидеть.

очень осенний сборник рассказов из-за серости, сырости и безысходности. но я бы не советовала читать его осенью.

все герои несчастны и в той или иной степени потеряны. они уходят в мир грез, собственных и просачивающихся из только-только обретающих силу и становящихся вездесущими медиа. и лучше от эскапизма им не станет.

конечно, в доинтернетной эпохе с кричащим телевизором и удивлением от клипов с увядающими розами и выразительными позами на песке мало приятного. эту пору вспоминают, препарируют. смотрят с разных сторон и показывают желающим, без стеснения и, пожалуй, романтизации (или это тот сорт, который я не способна воспринимать) даже с условием наличия фантазий персонажей нет никакой блестящей пыли. только ощущение тяжести, в груди что-то тянет. но читать хочется, потому что иногда становится понятнее.

в конце сборника повесть. не легче и без хеппи энда. там вообще практически нигде нет даже намека на то, что события примут более радостный исход.

но если интересно и хочется прощупать ту эпоху, то “вторжение” идеально подходит. если вы пытаетесь отыскать хорошие русские современные тексты, то тем более. он не светлый и совсем не обнадеживающий. но утягивающий, я редко читаю сборники рассказов так быстро. а ещё я благодарна гритт за возможность додумывать, где-то концовки были открытыми и я могла представить, что встречи, разговоры и общее время повлияли на жизни героев и потом, за кадром и за страницей, станет хотя бы на чуть-чуть полегче.