Цитаты из книги Mange, prie, aime

Такова уж человеческая жизнь: в ней не может быть статистики, нельзя узнать, что бы вышло при замене одной из переменных.

Отчасти для того чтобы подготовиться к путешествию в Индию, решаю провести последнюю неделю на Сицилии. Это самый «неевропейский» регион Италии, и потому — весьма подходящее место для тех, кто хочет подготовиться к встрече с крайней нищетой. А может, я еду туда потому, что Гёте как-то сказал: «Не увидев Сицилии, нельзя составить ясное представление об Италии».

Моя позиция была такой: я не стану ни защищаться, ни враждовать с ним. Очень долго, несмотря на советы всех, кому была небезразлична моя судьба, я даже не хотела обращаться к адвокату, потому что считала это проявлением враждебности. Я хотела быть как Ганди. Как Нельсон Мандела. Не зная тогда, что и Ганди, и Мандела сами были адвокатами.

Глубокая печаль порой напоминает определённое место, становится координатой на карте времени.

— Совесть — это уловка твоего эго, таким образом оно пытается убедить тебя в том, что ты прогрессируешь морально. Не поддавайся на эти фокусы, дорогая.

Естественно, Бог прекрасно знает, что мне нужно. Вопрос в том, знаю ли я.

"Мне всегда хотелось быть молчуньей. Наверное, потому, что я не такая. Именно поэтому мне кажется, что темные густые волосы - это красиво: потому что у меня их нет и не будет. Но настает время, когда приходится смирится с тем, что имеешь: если бы Богу захотелось создать меня застенчивой барышней с густыми темными волосами, Он бы так и сделал - но не сделал же. В таком случае благоразумно принять себя такой, какая я есть, целиком и полностью."

Пока я работаю над счастьем, мне вспоминается простая мысль, высказанная как-то моим другом Дарси: вся печаль и невзгоды в этом мире создаются несчастливыми людьми. Не только на глобальном уровне, как в случае с Гитлером или Сталином, но и на локальном, личностном.

The beauty of doing nothing is the goal of all your work, the final accomplishment for which you are most highly congratulated. The more exquisitely and delightfully you can do nothing, the higher your life's achievement.

For the longest time, against the councel of all who cared about me, I resisted even consulting a lawyer, because I considered even that to be an act of war. I wanted to be all Gandhi about this. I wanted to be all Nelson Mandela about this. Not realizing at the time both Gandhi and Mandela were lawyers.

Если что-то причиняет столь сильное неудобство, оно наверняка действует

Мы хотим, чтобы все осталось, как было. Мы миримся с болью, потому что боимся перемен, боимся, что все рассыпется… Мы оба заслуживаем лучшей участи, чем оставаться вместе только из страха саморазрушения.

- Mas eu sinto saudade dele. - Então sinta saudade. Mande um pouco de amor e luz sempre que pensar nele, depois esqueça.

É melhor viver o seu próprio destino de forma imperfeita do que viver a imitação da vida de outra pessoa com perfeição.

– Но как можно исправить этот безумный мир?
– Никак. – Кетут рассмеялся, но добродушным смехом. – Такова природа мира. Такова судьба. Думай лишь о том, как самой не сойти с ума, том, как самой не сойти с ума, – постарайся достичь мира в своей душе.

Святая Тереза называла такие сверхъестественные внутренние голоса локуциями — слова необъяснимого происхождения спонтанно возникают в мозгу, переводятся на родной язык и становятся духовным утешением. Мне прекрасно известно, что Фрейд сказал бы о такого рода сверхъестественных помощниках: что они иррациональны и «не заслуживают Доверия.

Ты в любое время можешь сама себе разрешить. Это твой контракт с Богом. Он зовется свободной волей.