Zobgaļsīlis

Подготовительной команде предстоит привести в порядок мои испорченные кислотой волосы, вылечить обожженную солнцем кожу, убрать уродливые шрамы, а уж потом портить, жечь и уродовать заново, но уже в более эстетичном варианте.

Мать и сестра дома. Сейчас 18.00 — Анализ дня, полчаса отдыха перед ужином. В глазах у них забота. Будто в душу хотят заглянуть. Прежде чем кто-нибудь успевает произнести хоть слово, я открываю сумку, и вместо анализа дня у нас 18.00 — Обожание кота.

Из Финника тоже хотят сделать вождя повстанцев, только сперва нужно добиться, чтобы он не отключался каждые пять минут.

- Слегка покачивает, - отвечаю я. - А ты?

• В порядке. Вытащили пару осколков. Ничего страшного.

Другими словами - один неправильный шаг, и все мы умрем.

Племенной скот - вот кто мы для них.

Это не снимает вины с меня - её хватит на всех.

Возможно, он искренне пытался заручиться моей поддержкой, хотя от меня уже ничего не зависело.

Мы - непостоянные, тупые твари со слабой памятью и талантом к самоуничтожению. Хотя...

Медленно, теряя много дней, я возвращаюсь к жизни. Я пытаюсь следовать совету доктора Авредия жизни. Я пытаюсь следовать совету доктора Авредия — механически заниматься обычными делами, и удивляюсь, когда в конце концов они обретают смысл.

Народ Панема, мы боремся, мы не сдаёмся, мы отстоим справедливость!

О,дорогая мисс Эвердин, мы же договаривались не лгать друг другу

Он может иронизировать, подбадривать, даже шутить - но никогда не смеется над другими людьми.

Я сильно обожженная девушка без крыльев. Без огня. И без сестры.

Я нахожусь в ловушке дни, годы, может быть, целые века. Мёртвая, но не умершая. Живая, но всё равно что упокоившаяся. Такая одинокая...

Тут, к моему удивлению, Поллукс тоже насвистывает несколько нот, и птичка сразу же их повторяет. Лицо Поллукса озаряется восторгом, и он снова и снова обменивается с птицей мелодичным пересвистом. Думаю, это его первая беседа за долгие годы.

Следовательно, мне необходимо украсть у Боггса активированный голограф и смыться прежде, чем тот заметит. Хотя думаю, легче украсть у него зубы изо рта.

Я любуюсь своей маленькой сестренкой. Она унаследовала все лучшие качества, какими только может похвастать наша семья: исцеляющие руки матери, рассудительность отца, мой боевой дух. Но в ней есть и что-то еще, что-то свое. Способность разглядеть в хаосе жизни, в мельтешении случайных деталей самое важное и существенное.

Снова та боль в сердце. Я представляю, как во все стороны от сердца разбегаются крошечные трещины по всему телу. По туловищу, по рукам и ногам, по лицу - я вся покрыта сетью трещинок. Одна хорошая встряска от бункерной бомбы, и я рассыплюсь на причудливые, острые как бритва осколки.