Цитаты из книги Və dağlardan səda gəldi

Чтоб быть храбрым, нужно иметь что терять.

Масума причесалась и обвела глаза кайалом, как она это всегда делает к приезду Наби. Парвана знает, что делает она это лишь отчасти для него: больше потому, что он — ее Кабул. В сознанье Масумы он — ее связь с роскошью и блеском, с городом автомобилей, огней, шикарных ресторанов и царских дворцов, и не важно, что связь эта призрачна

Պարանը, որ քեզ հանում է հորջանուտից, հետագայում վերածվում է քեզ խեղդամահ անող հանգուցապատի։

Եթե մշակույթը ընկալենք իբրև տուն, ապա լեզուն այդ տան մուտքի դռան բանալին է։ Առանց լեզվի մարդը կորցնում է ճանապարհը, տունը և ինքնուրույնը։

Դա իրական ցնցում էր, երրորդ բեմական թատերական գործունեության նման մի բան, որ գրեթե երբեք չի պատահում իրական կյանքում։

Որոշ մարդկանց համար, հատկապես կանանց, ամուսնունը, նույնիսկ այդ կարգի դժբախտ ամուսնությունը, սովորաբար փախուստ է ավելի մեծ դժբախտությունից։

Ես երջանիկ էի`լինելու այն անոթը, որը նա լցնում էր իր պատմություններով։

Նրա ներկայությունը զգացվում էր տանն այնքան հաճախակի դարձած լռության մեջ. լռություն, որ ծավալվում էր արտասանված բառերի արանքում`մեկ դառնալով սառն ու սնամեջ, մեկ լցվելով չասված խոսքերով, որոնք նմանվում էին հասունացող, բայց այդպես էլ չտեղացող անձրևի։

Она в бешенстве на себя – за собственный идиотизм. Ввергнуть себя, добровольно, в целую жизнь беспокойств и терзаний. Это было безумие. Чистое помешательство. Феноменально дурацкая, безосновательная вера, что, в какую бы невообразимую сторону не развернуло, этот мир, который не контролируешь, не отнимет у тебя то единственное, потерю чего ты не переживёшь. Вера, что мир тебя не раздавит... В этот миг она не может представить себе более безрассудного, не разумного поступка, чем быть родителем.

Позвони матери. Осёл ты этакий.

Она сказала, что в незыблемости математических истин есть утешение, в отсутствии условности, двусмысленности. В знании, что ответы могут быть неуловимы, но досягаемы. Они есть, они ждут — в скольких-то меловых штрихах от тебя.

— В отличие от жизни, иными словами, — сказал он. — Тут вопросы либо не имеют ответов, либо они паршивые.

Это было в 1933 году. Я мог бы начать с тех времен. Или с других. История — она как поезд пути: неважно, когда ты вскочил в него, рано или поздно доберёшься до нужной станции.

...жестокость и благодеянием - оттенки одного цвета. Ты выбрал?

... её сестра где-то в глубине души смутно догадывалась, что её красота - оружие. Заряженное ружье, а дуло упирается в голову ей самой.

Отцов мир не щадил. Всё хорошее в нем было небесплатно. Даже любовь. За все платишь. А если беден, твоя монета - страдание.

Вот что гноит, портит мамину доброту, ее акты спасения и храбрости. Тень задолженности. Требования и обязательства, которые она взваливает на спасенного. Свои благодеяния она использует как валюту: обменивает их на преданность и верность.

Мне следовало быть добрее. Об этом никогда не жалеешь. Никогда себе не скажешь, когда состаришься: Ах, не надо было так хорошо с тем человеком обходиться. Так никогда не будешь думать.

Маман была элегантна и талантлива. Она читала книги, обо всем имела своё мнение и всегда выкладывала его людям. Но ещё в ней была глубокая грусть. Всю мою жизнь она давала мне лопату и говорила: Зарой ямы во мне, Пари.

Но всё дело в том, что я глядел на свою жизнь и понимал: я уже имею всё то, что люди ищут в браке. У меня были удобства, компания и дом, где мне всегда рады, любят, нуждаются во мне.