— Сложно не быть кобелем рядом с такой сукой, как ты!

Земля. Помедленней. Я же сейчас сорвусь, и меня унесет в открытый космос

обожаю людей со странностями

день, когда ты прекратишь бежать, - это день, когда ты окажешься дома

Я не успела пожевать жвачку, но, кажется, так даже лучше: поцелуй со вкусом яблочной слойки. Идеально.

Неоконченные дела тяготят душу, а она у него и так тяжела, как камень.

В этом-то и чуть, спать с теми, кого не знаешь достаточно хорошо. Потому что после того, как узнаешь их поближе, к ним уже не захочется прикасаться.

Не стучи палкой по решетке, за которой сидит зверька, - если зверь захочет выйти, решетка не выдержит.

Разве человек безумен, когда безумны все вокруг? Безумие становится вариантом нормы. А пока есть музыка, секс и выпивка, можно вообще забыть о том, что ты обладаешь извилинами.

Разве небо может быть таким жестоким? – дразнит меня Терри.
– По-моему, оно только таким и бывает.

Туфельки, чтоб вы знали, бывают так же безжалостны, как и армейские ботинки.

Не случайно слово «мужчина» отлично рифмуется со словом «скотина».

- Я жирная... - всхлипнула я. -В соответствии с современными канонами красоты я жирная!

• Да-да, в соответствии с современными канонами красоты ты должна напоминать видом жительницу осажденного города - а ты выглядишь как Бейонсе! Роскошная здоровая девочка с крепкой задницей и классными сиськами.

- Невинных нет, - заметил Боунс и, как только мои пальцы коснулись его запястья, поймал мою ладонь. - Хотя некоторые умеют чертовски хорошо маскироваться под овечек.

Мы живем в мире оборотней. Встретишь человека, полюбишь – а он и не человек вовсе. Оборотень. Сначала унесет тебя высоко в небо, а потом перебьет крылья и швырнет вниз.

Мы все тонули так долго, что уже достигли дна. И глубже уже некуда. Можно только оттолкнуться пятками от морского льда и начать обратнее движение - к поверхности. 

«Мужчины – другой вид, Скай, как бы невероятно это ни звучало. С другой физиологией и психологией. С другой анатомией и другим телосложением. Они иначе думают и иначе чувствуют. И чем раньше ты поймешь, как мало мы похожи, тем быстрее обретешь над ними власть».

если с детства живешь в городе вечной меланхолии, то приобретаешь иммунитет к невыносимо мрачной погоде. А то и начинаешь любить ее, как старого друга детства, страдающего от клинической депрессии…

Мы разучились видеть свет, мы ослепли, ходим на ощупь, держась за стены, даже под самым ярким солнцем. Сидим в непроглядной тьме, а тьма поселилась в нас. Множество людей приходило ко мне за чудодейственными таблетками, которые могут вернуть миру краски, а жизни – вкус, притупляют душевную боль, навевают радость. А ведь ни одни таблетки не помогут, пока ты будешь сидеть на заднице и жалеть себя, нацепив черные очки и вперившись в глухую стену.