Цитаты из книги El libro de la esperanza

«Если человек смело шагает, – писал Торо в “Уолдене”, – к своей мечте и пытается жить так, как она ему подсказывает, его ожидает успех, какого не дано будничному существованию».

Между жизнью и смертью есть библиотека, - сказала она. - И в этой библиотеке полки тянутся бесконечно. Каждая книга дает шанс попробовать другую жизнь, которую ты могла бы прожить. Увидеть, как все обернулось бы, принимай ты другие решения... Ты изменила бы что-то, будь у тебя возможность исправить то, о чем сожалеешь?

избавление от сожалений в действительности было способом исполнения желаний

Томас Гоббс в целом ставил знак равенства между памятью и воображением, и, узнав об этом, она уже больше никогда полностью не доверяла своим воспоминаниям.

Когда слишком долго остаешься на одном месте, забываешь, как велик и просторен мир. Ты понятия не имеешь о протяженности всех этих широт и долгот. Точно так же, подумала она, трудно ощутить и необъятность одного человека.
Но когда прочувствуешь эту необъятность, когда нечто в тебе ее обнаружит, возникает надежда, хочешь ты того или нет, и она въедается в тебя так же упрямо, как лишайник въедается в камень.

Томас Гоббс в целом ставил знак равенства между памятью и воображением, и, узнав об этом, она уже больше никогда полностью не доверяла своим воспоминаниям.

Сожаления не покидают человека. Это не комариные укусы. Они жгут вечно

Жизнь - это всегда поступок.

Нора вообразила, как земля разверзлась под ней, и она полетела сквозь литосферу, потом мантию, и остановилась, только когда достигла ядра - жесткого, равнодушного железа.

Извинения лились из неё водопадом. Она топила в них себя.

Никогда не поздно исполнить мечту.

Большая часть сплетен – это скрытая зависть.

Он также замечал, что отчасти этот успех был производным одиночества.

Может, не из-за отсутствия достижений ее родители стали несчастными, а из-за их предвкушения.

Она никого не любила, и никто не любил её. Она была пуста, её жизнь была пуста: и она просто как-то шевелилась, имитируя некую человеческую нормальность, как мыслящий манекен отчаяния. Минимум необходимого, чтобы выжить.