Цитаты из книги Парадокс Севера

• Север, - позвала я тихо. - Как вы с Антоном смогли это пережить ?
  Он замолчал, а потом ответил:
  - А кто сказал, что мы смогли ?

- Ну потерпи ещё немного. Ты же сильная, Мушкетёр.

Честно, мне «тебя» по горло хватило. Если еще хоть раз нас увидят вместе, на завтра мне придется от твоих поклонниц отбиваться палкой. Может конечно это звучит не так уж и плохо, и может быть даже весело, но нет, Северов, хватит.

слова с его губ срывались редко, но подстрелить умели в самое сердце. ведь он подбирался к душе всегда слишком близко. ближе, чем позволяют правила приличия

Ты не должна ни на кого полагаться, — хотел по привычке прошептать я. Потому что именно так меня научили. Сама жизнь. — Вставай и иди вперед! Как бы плохо не было!

Сначала я хотела пойти, сказать ему, что не стоит ради своей репутации так жертвовать, но потом вспомнила слова бабули, которая говорила, что настоящий мужчина должен уметь развести костер, повестить картину и оказывать сердечно-лёгочную реанимацию.

Нароная мудрость та ещё стерва.

— То есть, ты хочешь сказать, что в доме проведён водопровод? — осторожно поинтересовался Север, явно прилагая все усилия, чтобы сдержаться.

– Не все сказки кончаются одинаково красиво. Некоторые просто кончаются, – скажет он позже.

Теперь слезы было не сдержать ничем.
… Это проклятие обладать тем, кого жаждет каждая в этой академии.

Техника, стратегия, тактика — все почти как на войне. Только сабли не заточены. И наконечником шпаги никого не проколоть.

Вот почему люди боятся. Они боятся того, чего понять не могут. И тогда они сочиняют объяснение сами. Потому что верить в то, что кажется логичным, безопаснее.

Иногда счастье протекает бессимптомно. Научитесь замечать его в буднях, в том, что есть сейчас, не гонясь за тем, что когда-то будет. Остановитесь и загляните внутрь себя, а потом ответьте на вопрос — вы счастливы, быть тем, кто вы есть?

Мне было девять, когда, рассматривая свадебные фотографии родителей, я впервые спросила бабушку, что такое «любовь»?
Она, удивленная вопросом, произнесла:
— Это чувство, о котором сложно рассказать словами. Прозрачное и невесомое, как крылья мотылька. Но при этом такое сильное, что может поднять тебя к самому небу.
— Но разве, поднявшись к небу, ты не побоишься упасть и разбиться? — удивилась я.
Бабушка улыбнулась.
— Любовь не бывает одинока. За руку с ней всегда ходит «доверие».

Я дважды выходила наружу, проверить, не сбился ли коврик, может он не давал письму попасть внутрь, но серый плетеный мерзавец лежал на месте. Глядел на меня своим мерзким «Добро пожаловать» и тихо смеялся.

Самая большая проблема с прощаниями в том, что каждое из них означает новый поцелуй. Перетекающий в следующий, а потом в следующий, до саднящих губ и какой-то сумасбродной больной потребности не отлепляться друг от друга вообще ни на секунду.

Он как чертов ящик Пандоры. И не пойми, что там внутри припрятано. Как пиньята, набитая змеями. Как салат из стекла и радуги.