Миссия: спасти шеф-повара

Ошеломлённая, я взяла так называемое резюме Тариуса между пальцев. Кто использовал бумагу в наши дни? Где он вообще это взял? И как он узнал о человеческом процессе подачи заявки, чтобы устроиться на работу? Только в наши дни, всё это делалось в цифровом виде, и , если мы нанимали кого-то, делали это через сеть .
Коэффициент нравственности, биологические данные, прошлый трудовой стаж, отсутствие судимости, квалификация… Никто больше не пользовался бумагой. Может, этот инопланетянин сумасшедший? Или нет? Не знаю, но он стоит и сверлит меня внимательным взглядом.
— Бумага, - сухо сказал Крис, недоверчиво качая головой.
— Бумага, – повторил Эммэт.
Тариус нетерпеливо скрестил руки на груди.
— Итак. Вы собираетесь проводить собеседование? Это следующий шаг в этом процессе, не так ли?

Мы были выкованы в жестокости и закалены в насилии. Сами по себе, мы не имеем того, что нужно для воспитания нашего потомства. Да, мы могли бы легко взять наших самок против их воли, но с какой целью? Мы могли бы обуздать их и заставить их принять наше семя и выносить наше потомство. Но тогда наши женщины вступили бы в материнство сломанными, баюкая обиду в своих сердцах,и они стали бы нашёптывать злобные мечты в уши, сердца и умы наших детей. В результате таких действий, следующее поколение получится слабым, но в то же врėмя разрушительным, и весь адский цикл будет повторяться снова и снова.

Я откашлялась, не в силах отвести глаз от резких, нечеловеческих черт лица мужчины напротив. Острые, как бритва, скулы, сильная челюсть, чувственные губы. Чёрные брови и такого же  цвета взъерошенные волосы сильно контрастировали с его мерцающей кожей, которая была скорее голубой, чем серебряной, и казались странным несовершенством на фоне резкой, чуждой красоты пришельца. Ещё отметила, что уши у синайца были немного заострены. И эти глаза... Яркие, золотистые и слегка прищуренные, с вертикальным зрачком, которые смотрели на меня с такой пронзительной напряжённостью, что я еле подавила желание поёжиться.