На кухне мисс Элизы

Рецепт может быть столь же прекрасным, как стихотворение. Полезным и красивым. Это необязательно тяжеловесный набор сухих указаний. «Возьмите нежную, светлую печень… вымочите ее на ночь в хорошем уксусе с мелко нарезанным луком и ароматными травами… обжарьте на сильном огне»…

Нахлынувшие на меня чувства почему-то представляются в виде рецепта: фунт свежего отчаяния, три чашки крепкого разочарования, пять унций угрызений совести, хорошенько посыпать тонко нарезанным сожалением и добавить щепотку жалости к себе.

А какая это радость — сочинять рецепты, которые поют! Я вновь улыбаюсь, подумав, не начать ли писать стихи о приготовлении пищи, о еде. Нет, это бесполезно. Мистер Лонгман рассмеется мне в лицо. Так и слышу, как он заявляет: «Нет, нет и еще раз нет… Стихи — вместилище нежных чувств… На кухне нет места нежным чувствам, мисс Актон…»

В тишине кухни мысли текут легко и свободно. Разбивая яйца, я невольно сравниваю процесс приготовления блюда с написанием стихов. Фрукты и овощи, приправы, специи, яйца, сливки — мои слова, и я должна соединить их таким образом, чтобы из них получилось приятное на вкус блюдо. Точно как стихотворение, которое находит путь к сердцу читателя, очаровывает и трогает его.

Я пью лимонад, который вновь переносит меня из мрачного серого сна в цветущий, благоухающий мир, и успокаиваюсь.

Я невольно перевожу взгляд на полку, где стояли когда-то мамины книги. И в этот момент понимаю, до чего я одинока. Меня охватывает странное чувство потерянности. Как будто я стою на самом краю Земли. Одна-одинешенька.

— Ах, Элиза! Со старыми девами обращаются не лучше, чем с куском грязи. Ты ведь хочешь быть достойной, уважаемой женщиной? Возможно, у полковника Мартина есть сын, не страдающий подагрой.

Ведь настоящей поэзии не нужна публика, правда?

Я теперь вижу поэзию в самых неподходящих вещах: от твердого мускатного ореха до испачканного землёй корешка петрушки, и задумываюсь, можно ли написать кулинарную книгу, не менее искреннюю и красивую, чем стихи. Почему книга с рецептами не может быть красивой?

Хорошо, что у вас столько книг. Дети должны расти в доме, где много книг.