Цитаты из книги Когда мама – это ты

То, от чего бежал все эти годы, вдруг проверяет тебя на прочность. То, что культивировал в себе с того самого лета, в пятом классе – не быть как все, не идти строем, не кричать то, что кричат остальные, и удалось, почти к пятидесяти годам, заслужил, завоевал право послать всех, идти налево, направо, лишь бы не в ногу, плыть против течения, вдруг оказывается хлипким. Все едут на экскурсию. Почему вы отказываетесь? Вы подводите весь коллектив. Если вы присоединитесь, цена будет на двести рублей меньше со всей группы. Не хотите? Почему? Что ответить? Потому что… С какого места начинать объяснять? С пятого класса?

Почему синдром толпы вдруг накрывает умных и образованных? И почему тот, кто не соглашается, вдруг становится изгоем, и вступает в действие правило: «Против кого дружите, девочки?» Да, здесь непременно нужно иметь хотя бы умозрительного врага, против кого-то дружить. Стадное чувство захлестывает, оно по-своему прекрасно, гарантирует некую безопасность – проще смешаться с толпой и не высовываться. Коллектив – не сила, а порочная связь. Она пронизывает нутро, становится привлекательной и занимает все сознание: «А почему меня не позвали?», «почему на меня так посмотрели?», «а они шушукались точно про меня».

Километры загаженных владений – проще сжечь, чем вычистить. А раньше – вход только по пропускам, санаторным книжкам, которые дороже паспорта. По ним и на пляж – предъявить медсестре при входе, – и в столовую – администратору показать, которая смотрит так, будто ты лично ее объесть пришла. Везде – на входе, выходе – предъявите, ждите. Сдайте, получите. «После 21:00 выход запрещен». Режимная зона, а не здравница. Пансионат для сумасшедших, которых нужно контролировать, а то ведь так и норовят сделать не то, что положено. Кем положено? Не важно. Положено, и все тут. Все так живут, подчиняются и не ропщут. А если не нравится, так и не притесь сюда.

Когда мой двадцатилетний сын отправился с друзьями в Крым, я насильно заставила его уложить в рюкзак все виды активированного угля и таблетки от всех известных медицине видов отравления. – Пожалуйста, только не пей кагор, портвейн, вино из канистр и шампанское, – заклинала я его. – Мам, ну ты-то как-то выжила, – рассмеялся сын. – Сама удивляюсь, – призналась я. Менталитет не изменится ни с поколением зет, ни с поколением икс, ни со следующим, не важно какой буквой его нарекут. Все живут одним днем, одним сезоном. Дальше – хоть трава не расти. Медицинская помощь? Организм сам поймет, что наступит шиндец, и мобилизуется. Мой организм. Остальным я выдаю таблетки из огромного пакета – привезла из Москвы сразу от всех болезней. Потому что на месте от всех болезней есть только ромашка.

Счастье, если заболел и попал в лазарет, где тихо, чисто и туалет рядом с палатой. Всегда прохладно. И можно спать в любое время. Или сидеть на кровати. Тайком сбегать в библиотеку, взять книжку и читать, когда никто не видит. Врач разрешала, медсестра делала вид, что не видит, как я прячу книгу под подушку. Но если Старшуха, старшая пионервожатая, придет с проверкой и застукает, тут же выпишут: – Раз читать можешь, значит, выздоровела. Глаза ломать она в состоянии, а на зарядку, как все, – так больная.

Экскурсии, когда ты четыре часа трясешься по разбитым дорогам в душном раскаленном автобусе. От окна печет, если села на солнечную сторону. Занавеску закрывать нельзя, не положено. Да и не хочется – она липкая, грязная, со следами соплей и не пойми чего еще. Потом куда-то идешь, не понимая зачем. Хочется присесть на лавочку или прямо на бордюр, но нельзя, не положено. Хоть в обморок грохнись – поднимут и поведут под белы рученьки. Потому что по плану у отряда экскурсия, а план срывать нельзя. Голос экскурсовода переходит в истошный крик – она тоже устала. Ей все до чертиков надоело. Особенно эти детские группы. Одуряющая жара, солнцепек. Липнущие к телу майка и шорты. Вода – только в уличных фонтанчиках. Хватаешь воду ртом. Долго. Пока не оттолкнут следующие жаждущие. Все равно не напьешься. Все знают – перед экскурсиями лучше не пить и не есть – туалетов нет, придется терпеть.

Тренировочный зал находится далеко, туда надо ехать на машине. Кто из родителей может – подхватывает чужих детей. Тут главное – не взять лишнего ребенка и не забыть того, кого нужно забрать. Это мой ежедневный утренний кошмар после пробуждения. Кого я сегодня везу? И откуда надо забрать? От подъезда или от бабушки? А назад? Сколько детей отвезти и сколько вернуть? Или сегодня никого? Дети же идут, садятся в машину, а я лихорадочно пытаюсь вспомнить, кого и куда я обещала доставить. Кому написать, что мы выехали, а кого предупредить, когда уже подъедем. А еще у детей рюкзаки, обручи, мячи… Проследить, чтобы не забыли ничего в зале. Наколенники, скакалки, зонтики, шлепки. Все собрать, запихнуть в багажник или утрамбовать в салон. Не забыть достать телефон из сумки. Только отъехали – приходит сообщение в родительский чат: «Анюта выходит из зала? Ждем ее внизу». Анюта уже давно сидит в моей машине на полдороге домой. Пишу, что забрала. Ее мама едет следом. Тут Анюта вспоминает, что забыла в зале мяч, и надо срочно вернуться. Пишу маме, что, мол, возвращайтесь, забирайте мяч. Всех пересчитать, не взять лишних, не перепутать рюкзаки при выдаче. И такое было. Дети даже не заметили. Выгрузить. Не перепутать, кого где. Один раз по ошибке выдала бабушке чужую внучку. Обе не возражали. Разобрались после ужина, когда сели за уроки. Классы не те. И не то чтобы бабушка внучку видела впервые в жизни… Выдать обручи. Опять забыли. Ладно, привезем сразу три на следующую тренировку.

Катя же, как правило, цеплялась рукавом за дверную ручку. И тут случилось именно это. Она зацепилась, но удержалась на ногах. И все было бы хорошо, не появись на полу новое препятствие, которое Катя решила преодолеть на всякий случай. Препятствием оказалась Ева, которая спокойно спала на коврике рядом с родительской кроватью. Катя пролетела над Евой и спланировала на мужа. Но в полете успела поорать. Поэтому муж, конечно, проснулся, хотя и не окончательно. – Ты рожаешь? – уточнил он. – Дурак! Я давно родила! – Поздравляю, – сказал муж и тут же вырубился. Если бы не ночь, Катя бы его, конечно, сначала разбудила, потом убила, и так еще раз сто.

– «В книге ищут не буквы, а…» – Картинки, – буркнула Поля. – Ну да, а еще мысли. Вот смотри, справа подсказки. Нужно провести линию. Поля посмотрела и соединила: «Ученье свет – в рот само не станет литься». – А неученье – тьма, – подсказала я. – Страшно, – сказала Полина. – Знай больше, а говори… – Я сделала еще одну попытку. – Громче! – радостно воскликнула Полина. – Когда семья вместе, так и… – прочитала я. – Еда быстро заканчивается, и надо опять в магазин ехать, – продолжила Полина. – Не имей сто рублей, а имей… – Кредитную карточку. Папину. – Землю солнце красит, а человека… – Платья. – Так, ладно, пословицы нужно просто выучить, – решила я.