Древнегреческий для скептиков

– Профессор Катракис, а как Вы узнали, какой у Алины телефон? – внезапно раздался голос главной любопытной Варвары академии, вечно сующей свой нос в чужие дела.
– При помощи глаз, – Пол повернулся и окинул её строгим профессиональным взглядом, словно студентку, которую застукал за списыванием.
– Но он же лежал у нее в кармане, – пробормотала Зоя Борисовна, стушевавшись.
– Так и я глазами каждый день пользуюсь, а не только сегодня.
Вика фыркнула:
– Вот бы все так делали.

Может всё-таки просто совпадение? Я же не знаю никаких подробностей, мало ли что там у них в ванной от сырости заговорило…

- По самой популярной версии бог добивался взаимности, а девица слишком кичилась своей красотой. Сначала согласилась, а потом передумала. Ну он и плюнул ей в рот, наградив проклятьем, из-за которого её пророчествам никто не будет верить.
– Фу, гадость какая! – скривилась Ленка, – Антисанитария просто! Но с другой стороны хоть проклятьем наградил, а мог ведь и гонореей.

– Какой романтичный обычай, у нас таких не водится… А если украсить уличное дерево, гирлянды упрут, не дожидаясь утра. Кстати искусственные елки уже сейчас продаются.
Пол смешно скривился.
– Извини, но они вызывают у меня стойкие ассоциации с ёршиками для унитаза.
– Увы, мой циничный греческий друг, они и правда похожи. Но лучше так, чем держать труп дерева у себя дома.

Алина здраво рассудила, что продуктами и особенно экзотическими ингредиентами надо бы закупиться заранее, и правильно сделала. Потому что каперсы оказались неуловимыми как единороги – все про них слышали, но никто не видел.

– А, агапи му, привет!
Увидев, как Алина в недоумении подняла брови, он рассмеялся и повторил:
– Привет, моя дорогая!
– Это на греческом? Кажется, мне тоже не мешает его подучить, – проворчала Дельфинова, пытаясь скрыть, как ей приятно. – А то я, грешным делом, подумала, ты меня коровой назвал.

Было бы логично предположить, что ранение в пятку никак не может стать смертельным, но мифы и логика – понятия несовместимые.

Что там рекомендуют кричать, чтобы равнодушные обыватели пришли на помощь? Насилуют? Пожар? Свободная касса?

Ведь даже если очень любишь то, чем занимаешься. нельзя ходить на работу каждый день как на фронт. Долго не протянешь. А если протянешь, то исключительно ноги.

- Не болтай ерундой. Правильно?
Алина прыснула.
– Правильно. Если сильно болтать ерундой, она может отвалиться.
– Кто может отвалиться? – Пол в недоумении уставился на неё.
– Ерунда. Она обычно очень плохо приделана, – и Дельфинова нервно захихикала.

Но главное правило счастливых и долгосрочных отношений – выбирай сердцем, но только из тех, кого предварительно одобрил разум.

Серёжа томно посмотрел на неё, взял за руку и тихо произнес:
– У тебя так красиво выщипаны брови…
Алина подавилась смузи, которое очаровательно пила в тот момент, и коктейль совершенно неочаровательно пошел у неё носом.

Приехав домой довольно рано, Алина с удовольствием полежала в ванной, провела сеанс превращения в роковую красотку путём обмазывания, обёртывания и выщипывания...

Алина не отказалась бы узнать об этом поподробнее, а возможно и усугубить. Но увы, сказывалось отсутствие опыта по обмену сплетнями, так что пришлось ей прозябать в неведении.

– Потому что если ты просто соскучился по домашней еде, то скажи сразу. Мне нужно будет перенаправить свои эротические фантазии в кулинарное русло. Но я справлюсь.
– Как интересно! Не могла бы ты мне поподробнее рассказать про свои фантазии…

Она мягко и доброжелательно улыбалась окружающим… за пределами своего кабинета. Зато обсуждая рабочие вопросы, становилась сущим цербером, демоном высшего ранга из самого жаркого адского пекла. Особенно Горгона славилась умением с милой улыбкой втаптывать в грязь самооценку собеседника.

А то я с пяти утра на ногах, и теперь как тот бычок – шатаюсь на ходу, ох, заряд кончается, сейчас я упаду.

- Дверь захлопнулась… карточка в заднем кармане джинсов… Здравствуйте!
Алина с невозмутимым видом покивала, как будто она далеко не в первый раз в своей жизни видит, как мужчина чешется о дверь своей филейной частью, как медведь в период линьки