Цитаты из книги Умирающее животное

...я принципиальный сторонник свободы выбора, но не такой свободы, когда один человек свободно выбирает за другого.

Гетеросексуальный мужчина, вступающий в брак, похож на католика, становящегося священником: по сути дела, он тоже приносит обе безбрачия, пусть сам порой и не догадывается об этом до тех пор, пока не проживёт с женой три-четыре года, максимум - пять лет.

Очарование - независимо от пола и сексуальной ориентации - зиждется исключительно на сексе. Не желай я переспать с тобой, что бы могло меня в тебе очаровать? Да ровным счетом ничего.

...любовь - это единственная хворь, подцепить которую хочется каждому. Люди ошибочно полагают, будто любовь придаёт им цельность. Ищут по свету свою придуманную Платоном половинку. ...любовь не придаёт тебе цельности, а, напротив, разрывает тебя на части.

Отныне все земные напасти стали контролируемы, через строгие интервалы прерываемые рекламной паузой. Телевидение занялось тем, что ему удаётся лучше всего, - превратило трагедию в повседневность. Триумф поверхностного существования...

Только соитие делает тебя по-настоящему живым, по-настоящему самим собой.

Две трети проблем, одолевающих любого мужчину, моментально отпали бы, не стремись он к все новым и новым любовным приключениям.

Тело хранит историю жизни в той же мере, что и мозг

Свободный человек может быть безумцем, глупцом, мерзавцем, он может испытывать страдания как раз из-за того, что свободен, вот только смехотворен он не бывает никогда. Он самостоятелен, а значит, и самодостаточен.

Добровольный и сознательный отказ от личной свободы — вот что я назвал бы смехотворным. Если свободы тебя лишили насильно, в этом, разумеется, нет ничего смехотворного, кроме как для того, кто над тобой надругался. Но человек, добровольно жертвующий своей свободой, но человек, буквально изнывающий от желания пожертвовать ею, поневоле вступает в царство смехотворности и уподобляется некоторым персонажам самых знаменитых пьес Ионеско, да и всей сатирической литературы в целом.

Играя на фортепьяно чужую музыку, ты как бы воспроизводишь сам процесс творчества и в определенной мере проникаешь композитору в душу. Проникаешь не в те сокровенные глубины, где музыка, собственно говоря, и зарождается, но тем не менее твое эстетическое восприятие той или иной вещи перестает быть исключительно пассивным.

Само по себе старение - процесс, который невозможно себе представить, когда не стареешь сам.

Дай чувствам повязать себя - и ты пропал.

В природе человека заложен изрядный биологический парадокс: предполагаемого сексуального партнёра ты видишь и чувствуешь насквозь буквально с первого взгляда.

Вам что, тоже хочется послушать лекцию на тему о том, что супружеские или квазисупружеские отношения — это чистой воды ребячество? Потому что они, разумеется, и есть ребячество.

А любовь — это единственная хворь, подцепить которую хочется каждому.

«Прекрасно, — говорю я ему. — Даже твои адюльтеры изысканнее моих». Однако он отказывается признать свою интрижку адюльтером. Его адюльтер остальным адюльтерам не чета. Его адюльтер идеологически выдержан, а потому не может называться таковым. А идеологическая выдержанность — это именно то, что мне категорически не присуще. Мои адюльтеры, оказывается, были недостаточно серьезными, чтобы послужить ему образцами для подражания.