Мир Мэроу

Семья — интересно звучит. Никогда не была частью семьи. И не уверена, что хочу этого. Семья — это привязанность. Привязанность — это опасность. Опасность — это глупость. Глупость — это смерть. Я пока не планирую умирать.

Зло — оно всегда зло, и если этот червь сидит в тебе, ты никогда не избавишься от него... рано или поздно каждый поддается искушению.

И сказал тогда Отец: «Каждый, нарушивший “слово”, покинет Мэроу и отправится к
Матери сквозь погребальный костер. И встретившись с Матерью, познает всю силу ее
негодования, и будет проклята душа того, кто осмелится ослушаться Отца»

... привязанность – это смерть.

В его глазах была смерть. И скорее всего моя.

В тот день насчитали восемнадцать забитых насмерть крестьян, в том числе одного
мальчишку, которому было не больше пяти Алых лун.

Видимо, самовлюбленность – одна из основных составляющих королевской крови, а вторая – обман и подлость.

Спиной к врагу не встают.

Такое чувство, что у всех платьев одна цель – выронить грудь в самый неподходящий момент.

Это так непривычно. Кто-то предлагает помощь, не прося ничего взамен.

Люди не любят особенных существ

Первое правило выживания гласит: потеря осторожности – первый признак близкой смерти.

... мертвым нет дела до боли живых.

Я словно попала в другой мир. Без оружия, грязи и нищеты. Мне тут не место.

Никого не умиляет любовь и любые ее проявления. Любовь — это рычаг давления. Не больше.

Также каждый в Ваале знает, как именно умер Генрих, но никто никогда не скажет об этом вслух. Ведь иметь голову на плечах куда комфортнее, чем подле ног.

Матерь так и не вернулась к своим детям, дабы они поняли, что нет ничего хуже отсутствия материнской любви

Внутри был неприятный осадок. Не люблю, когда кто-то другой решает за меня.

— Спрячь свои колючки — ты не еж. Он пытается помочь тебе.
— Я не просила помощи.
— Милая, о ней необязательно просить. Настоящий мужчина поможет, даже если ты того не хочешь.

— У тебя не будет верного ответа, сын мой, вся ужасная правда Мэроу в том, что все существа были созданы со злостью внутри. Одни выпускают ее, а другие борются всю жизнь. И те, что борются, погибают намного раньше тех, кто скидывает оковы с когтистых лап зла.