Начинаем с чтения книг, а кончаем тем, что их любим.

— Сирин, как ты могла! Ты же знаешь не хуже меня, как опасно гадать о будущем! Сплошь и рядом несчастье происходит только потому, что о нем знаешь заранее.

Эта лекция читается раз в десять лет. Остальное время лектора держат в подвале, в запечатанной банке с оливковым маслом.

Газон стригли чуть ли не через день, сквозь редкую травяную щетину просвечивала земля. Они, должно быть, боялись, что какая-нибудь травинка вырастет в полный рост, выпрямится свободно. Для Джейн этот газон был символом угнетения.

Глядя на сияющую многомерную структуру, Джейн поняла, что это точная модель ее жизни. Всю жизнь она двигалась по спиральному лабиринту, все время попадая в уже знакомые места, где никогда не была раньше, все возвращаясь к трудностям выбора, которые задним числом должна была предвидеть. Она вращалась по уменьшающимся кругам, от нее зависело все меньше и меньше, и наконец с последним поворотом она должна попасть в ту, предельную точку, где уже не будет выбора, направления, выхода, будущего.

Этот ваш пресловутый кровавый закат сияет, как врата ада. Облака фиолетовые, как хороший синяк.

— Они чувствуют вину, — сказала Инколоре. — Это такая редкость. Этому цены нет. Признаться, я сама здесь до конца не все понимаю, хотя состояние семейства Инколоре построено на этом. Но принцип тут простой. Предав свою кровь, юные воины чувствуют боль и вину предательства очень глубоко. Их верность другой половине крови, той, которая им осталась, несокрушима.

Зима выдалась небывало длинной. Старейшины Города объявили указом наступление нового, третьего по счету декабря, так что за Черным декабрем потянулся декабрь Ледяной, и все понимали, что и от четвертого они тоже не застрахованы.

Мы ведь ценим в других не похожесть на всех, а именно своеобычность. Только различия делают нас личностями. Попадись вам ваш хваленый ученый в этом самом коридоре, благообразный такой, с гладкой речью — сами скажете, что он зануда невозможный, ходячая копилка цитат и больше ничего. И сравните с этим остроумие и разнообразие, постоянные сюрпризы моей милой, моей возлюбленной! — С бесконечной любовью он гладил книжные переплеты старой веснушчатой рукой

Ты все еще заражена надеждой. Ты думаешь, что где-то может быть жизнь, которую стоит прожить. Что какое-то сочетание действия, бездействия, знания и удачи может спасти тебя, если ты правильно подберешь пропорцию. Так послушай меня. Вот здесь, сейчас, — лучше, чем сейчас, не будет никогда.

Что делать, Билли, мы иногда хотим того, чего хотеть не должны.

Видимый мир — лишь оболочка, за которой живут неведомые громадные существа; они движутся, колебля завесу, и лица, более обширные, чем созвездия, просвечивают сквозь ткань небес.

Мы ведь ценим в других не похожесть на всех, а именно своеобычность. Только различия делают нас личностями.

Знаете, некоторые дети думают, что учителя — это чисто локальный феномен. Такой как бы обучающий механизм, который исчезает после звонка.

Все, кого ты встречала в жизни, все, лгали тебе. Существует жизнь. Те, кто живут, родились чтобы страдать. Лучшие моменты кратки и покупаются ценой долгих мучений. Все связи рвутся, все любимые покидают нас. Всё, что тебе дорого, уходит. Смеются лишь глупцы, веселятся лишь слепые безумцы.