Пена дней

Ведь это было единственное, что он умел делать, — терпеть, когда его выставляют за дверь.

— Не приближайтесь ко мне!.. — поспешно выкрикнул он.
— Но… я же не двинулся с места… — сказал Колен.
— Да-да, — пробормотал директор, — все так говорят… А потом…

— Сколько им лет? — коварно спросил Колен.
— Точно не знаю, — сказал Николя. — Но на ощупь я дал бы одной не меньше шестнадцати и не больше восемнадцати другой.

“В медицине, знаете ли, сам черт ногу сломит”

Люди не меняются. Меняются вещи

— Какие у вас духи? — спросил Колен. — Хлоя душится орхидеевой квинтэссенцией.
— Я не употребляю духов, — сказала Ализа.
— Это ее естественный запах, — добавил Шик.
— Просто чудо! — воскликнул Колен. — Вы пахнете лесом, где течет ручей и бегают крольчата.

— Я могу тебя поцеловать?
— Да, ты мне нравишься.
— Ты замерзнешь.

Сначала нужно, чтобы мы вас нелегально избили. Это избиение что надо, мы называем его нелегальным, чтобы люди не возмущались.

У Хлои были алые губы, темно-каштановые волосы, счастливый вид, и платье было здесь ни при чем.

Знаешь, это какой-то бред. Я в отчаянии и в то же время немыслимо счастлив. Здорово, когда так дико чего-то хочется…