Она любит плохих парней

«Книги и жизнь — две параллельные плоскости со своими законами и правилами. Мы выбрали концепцию, которая изначально была обречена на провал, потому что книжные плохие парни ни фига не плохие. Они состоят из смеси качеств, которые волнуют девушек и цепляют внимание, но в них поровну тьмы и света с самого начала. Если они принимают наркотики, то слезают с них по щелчку, если бьют кого-то, то любого, кроме героини. Они выходят невредимыми из всех передряг, решают проблемы одним только взглядом, и даже если их сердце заморожено, оно тает после первого поцелуя. И это всё бред! Таких людей не существует!»

Сохраняю рукопись и закрываю ее. Изначально я хотела сделать все по-другому, никаких трагедий, никаких аварий. Дать хотя бы там Роме и Тане еще один шанс, но это было бы очередным самообманом, который все равно ничего бы не изменил. С некоторыми вещами приходится только мириться, и смерть одна из них. Перепиши я все на сказочный лад, не вышло бы ничего нового. Очередная история, где все решается магической силой любви. Я их обожаю, люблю всем сердцем, но не стоит забывать, что реальность зачастую играет по своим правилам. Жизнь бывает суровой, и мне не хотелось бы, чтобы такие же впечатлительные девочки, как я, начисто забывали об этом, ведь последствия могут быть ужасными.

— Правда, но… есть кое-что…
— Что?
— Описание моей задницы все же стоит сделать менее детальным. Я у тебя не мужик, а жопа на ножках с зелеными глазами.
— В целом… — задумчиво отвечаю я, — так и есть.
— А ну-ка повтори, — шутливо рычит он и сталкивает нас нос к носу.
— Все, все, — смеюсь я, — сдаюсь. Это всего лишь черновик, я еще над ним поработаю. Добавлю тебе тело, парочку психологических расстройств, татуировок и пирсинг в...
— Согласен на задницу, — мрачно перебивает Дарий.
— Вот и договорились.

Я всегда считала, что книги могут подготовить ко всему в этой жизни, а любимые герои были для меня более чем реальны. Когда кто-то из них страдал, я сопереживала, когда они радовались или достигали высот, я была счастлива и горда, а когда кто-то из них погибал, скорбь и грусть накрывали с головой. Чувства к ним были настоящими, но я даже не подозревала, что они и вполовину не так сильны, как чувства к реальным людям. Герои все-таки вымышленные, они продолжают жить в сердцах читателей, в конце концов есть фанфики и бонусы, их можно оживить в любой момент одним только воображением, но когда умирает человек, которого ты знал, которого когда-то любил, то воображение становится худшим наказанием и злобной карой.