Скованные

Моя.
Его глаза не были похожи на волчьи. Это были глаза дракона, смертоносные и собственнические. Он смотрел на нее так, словно она была единственным, что имело значение в этом мире. Этот взгляд заставлял ее кровь вскипать.

Северус внимательно осматривал шар, пока она говорила.
Он поднял на нее глаза и усмехнулся:
— Благодарю вас, мисс Грейнджер, без вашего предупреждения мне бы и в голову не пришло быть осторожным с бомбой.

Когда-нибудь мы будем вместе в мгновении, которое не будет украдено.

Она хотела провести остаток своей жизни, потерявшись в этом моменте.

Намного хуже, Джинни, думать, что рядом есть кто- то, на кого можно опереться, а потом обнаружить, что это не так, когда ты больше всего в этом нуждаешься. Я не стану... не стану так рисковать. Я не смогу с этим справиться.

Вы можете позволить другим людям заботиться о вас.

Гермиона не отводила взгляда от его лица. Казалось, все то время, пока она не видела его, ее мучила жажда, а теперь она, наконец, получила глоток воды.

Мы с Джинни разговаривали, и она упомянула, насколько ужасно находиться в твоей больничной палате. Она сказала: все, что ты видишь,— это самое худшее из всех сражений, повторяющееся изо дня в день.

Это мгновение, это напряжение между ними было похоже на крылья бабочки. Нежное. Потрясающе хрупкое.