Цитаты из книги Скованные

Мне проще размышлять, если я могу говорить вслух.

Прагматичность стерла с нее глянец героизма.

И все эти раны от победы или поражения?

Мои надежды и убеждения уже какое-то время противоречат друг другу.

Некоторые люди могут сражаться, только ощущая под ногами опору оптимизма

— Удивлен, что наша кровь выглядит одинаково? — спросила она мягким голосом.
Он усмехнулся.
— Вся кровь выглядит одинаково. Мои собаки истекают кровью того же цвета.
Как и мои домашние эльфы. На вопрос о превосходстве отвечает власть.
Учитывая, что я владею гончими, эльфами и тобой, полагаю, ответ на этот вопрос достаточно ясен.

Варианты были по-прежнему столь же ограничены, но ставки существенно повысились.

Она не была уверена, заставляло ли принуждение считать разумным подчинение или подчинение действительно было разумным выбором.

Полагаю, никто не осознаёт, насколько легко быть под гнетом одних оков, пока к ним не добавятся другие.

Малфой всегда приходит за мной

В тот момент, когда я впервые взглянул в твои глаза, я должен был знать, что мне никогда не удастся переиграть тебя.

«Если моя душа - это цена за то, чтобы защитить их… за то, чтобы защитить вас. Это не цена. Это выгодная сделка».

Если какие-то важные вещи оставались невысказанными, то, возможно, наступит завтра.

Он поцеловал ее, и это было похоже на начало чего-то, что будет существовать вечно.

Ты не являешься светом, если позволяешь людям жертвовать собой, чтобы сохранить свои руки и душу чистыми.

Война и ад не одно и то же. Война — это война, а ад — это ад, и первое намного хуже. В ад попадают грешники, там нет невинных, на войне таких очень много.

— Ты моя. Ты поклялась мне, — прошептал он ей на ухо, крепко прижимая к себе. — Сейчас. И после войны. Ты обещала мне. Я буду заботиться о тебе. Я никому не позволю причинить тебе боль. Ты никогда не будешь одинока. Потому что ты моя.

Он целовал ее, а она целовала его.
Жизнь перестала быть холодной.

— Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя, — она выдыхала эти слова прямо ему в губы. Ее пальцы скользнули по изгибу его подбородка, а губы продолжали двигаться.