Цитаты из книги Янтарное сердце

Когда человек лишается страха смерти, он становится либо самоотверженным героем, либо жестоким безумцем.

«— Ох, женщина. Какая же ты...
— Какая? — Гвин с вызовом подняла сердитый взгляд.
— Невероятная. Неистовая. Моя».

Женщина силилась отыскать в себе жажду убийства, о которой говорил отец. Но не нашла в душе ничего, кроме любви.

— Это ты мне поставила несколько. Дикая. Расцарапала спину. — Я? Спину? — Гвин часто заморгала, силясь припомнить. — И бедро. — Бедро, — смущённо повторила она. А потом вдруг показала ему язык. — Ничего. Продемонстрируешь его папе, он тебя мигом вылечит. А потом бальзамирует и упокоит.

— Единственное сокровище в этой комнате, которым я хочу обладать, — ты, — его низкий шёпот вызывал жаркое головокружение.

Крисмер окинул её задумчивым взором, потом прищёлкнул языком и усмехнулся своим мыслям. — Что? — Она вопросительно вскинула бровь и скрестила руки на груди в ожидании привычной колкости. — Наверное, тебе нелегко приходится под одной крышей с бывшим, нынешним и будущим мужчинами. — Он ухмыльнулся, довольный своей деревенской шуткой.

«— Стыдно, — повторила Гвин, бросив замаранное полотенце обратно на столик. — Стыдно смеяться над теми, кто младше вас или по какой-то причине слабее. — Она неспешно обошла кресло Деваны и встала за ее спиной, положив руки на плечи девочки, мягко и успокаивающе. — Стыдно лицемерить перед своим сюзереном, а за глаза считать его недалеким глупцом. Ты согласна, сестрица?»

«— Не тронь ее, Ив! Это моя тетя Керика!
— Ты уверена? — спросил мужчина, инстинктивно отодвигая Гвин за спину, чтобы закрыть ее собой.
— Конечно. — На бледном лице расцвела счастливая улыбка. — Долго же ты ехала, тетушка!
— Заблудилась на пару-тройку лет, — усмехнулась чародейка. — У вас тут просто никудышные дороги, знаете ли».

«Гвинейн и Иврос не обещали друг другу ничего. Не признавались в чувствах, которые сжигали изнутри их обоих. Не клялись и не выпытывали о прошлых клятвах. Чувство, что сковало их незримой цепью, не требовало ничего из этого. Оно было огромным и стихийным, как море. Раскачивало размеренной волной, пленительной и неизбежной».