Океан

Любит по-своему и дружит тоже по-своему. По-своему! Удобная форма деспотизма!

Дорога без поворотов — длинна, спросите шоферов.

Часовников. Дорогие мои хлопчики. Я хочу говорить «да», когда считаю нужным сказать «да», и хочу говорить «нет», когда считаю нужным сказать «нет». А если я вступлю в партию, я буду вынужден говорить «да», когда хочется сказать «нет», и «нет», когда хочется сказать «да».

Туман. А какие ко мне вопросы? Хорош корабль — хорош командир. Плохой корабль — плохой… старший помощник.

Я бессонницей старину почитываю, вчера на указ Петра наткнулся. «Указую господам сенаторам речи держать в присутствии не по писаному, а токмо своими словами, дабы дурь каждого всякому видна была».

Отец (чокается). Ну, будь.
Сын. Кем?
Отец. Хотя бы человеком.
Сын. Только и всего?
Отец. По первому разу большего ни тебе, ни себе не желаю.
Сын. Железно, папа.

Ведь мы не только солдаты революции, Платоша, мы еще и думающие интеллигенты, правда одетые в военную форму. А когда ты думаешь, тебе гораздо труднее наводить торпеду на цель… хотя бы… хотя бы и во имя цели.

Задорнов. Тайфун, говорят, черт по-японски.
Часовников. А по-китайски — большой ветер.
Задорнов. И больше ничего.