Цитаты из книги Вбити пересмішника

Aunt Alexandra was fanatical on the subject of my attire. I could not possibly hope to be a lady if I wore breeches; when I said I could do nothing in a dress, she said I wasn’t supposed to be doing things that required pants. Aunt Alexandra’s vision of my deportment involved playing with small stoves, tea sets, and wearing the Add-A-Pearl necklace she gave me when I was born; furthermore, I should be a ray of sunshine in my father’s lonely life. I suggested that one could be a ray of sunshine in pants just as well, but Aunty said that one had to behave like a sunbeam, that I was born good but had grown progressively worse every year. She hurt my feelings and set my teeth permanently on edge, but when I asked Atticus about it, he said there were already enough sunbeams in the family and to go on about my business, he didn’t mind me much the way I was.

Я не могу дома быть одним человеком, а на людях другим.

А мы, по-моему, можем. Мы, современные люди, привыкшие свои самые сокровенные мысли, желания, мнения держать при себе, а на людях выдавать образ более гладеньких презентабельных себя. Мы, кто либо вписывается в систему "большинства", либо тихонечко страдает и борется за ту жизнь, что ему больше по душе, стараясь избавиться от нелестных ярлыков и обсуждений в свой адрес.

Но надо стараться жить по совести, в любом случае. Отличать доброе от злого, благородный поступок от гнусного, разумные вещи от нелепицы. Надо учиться быть дома и на людях одним и тем же человеком. Со своим характером и своими взглядами на жизнь. И не важно, кажитесь вы кому-то наивным или нет, или может кто-то не в восторге от вашей прямолинейности. Плевать. Вы, главное, считаете себя достойным, верите в свои принципы - и это главное. Какие бы уж идеалы вы себе не выбрали - это гораздо лучше двойственности, этих сделок с совестью, когда вы можете соврать себе или другим и быть совершенно разным людьми в разных условиях.

Берем пример с Аттикуса Финча. Стараемся сделать так, чтобы то, что мы думаем, то, что мы говорим и то, что мы делаем, сливалось в гармонии.