Цитаты из книги Mistr a Markétka

Дело в том, что у Рудольфи было всё: и ум, и сметка, и даже некоторая эрудиция, у него только одного не было – денег.

– Толстому подражаете, – сказал Рудольфи. Я рассердился. – Кому именно из Толстых? – спросил я. – Их было много... Алексею ли Константиновичу, известному писателю, Петру ил Андреичу, поймавшему за границей царевича Алексея, нумизмату ли Ивану Ивановичу или Льву Николаичу?

– Он, видите ли, написан от руки, а у меня скверный почерк, буква "о" выходит как простая палочка, а...

Короче говоря, передо мною стоял Мефистофель. Тут я разглядел, что он в пальто и блестящих глубоких калошах, а под мышкою держит портфель. "Это естественно, – помыслил я, – не может он в ином виде пройти по Москве в двадцатом веке".

– Да, это ужасно, – говорил я сам себе в своей комнате, – всё ужасно. И этот салат, и нянька, и пожилой литератор, и незабвенное "пойми", вообще вся моя жизнь.

Я, хорошо знающий театральную жизнь Москвы, принимаю на себя ручательство в том, что ни таких театров, ни таких людей, какие выведены в произведении покойного, нигде нет и не было.

"В числе прочего было потрясающее по своей художественной силе описание похищения пельменей, уложенных непосредственно в карман пиджака, в квартире № 31, два обещания покончить жизнь самоубийством и одно признание в тайной беременности."

Тут я пожалел о том, что это сказал, потому что она виновато улыбнулась и бросила свои цветы в канаву. Растерявшись немного, я все-таки поднял их и подал ей, но она, усмехнувшись, оттолкнула цветы, и я понес их в руках.

— Именно, именно, – закричал он, и левый зеленый глаз его, обращенный к Берлиозу, засверкал, – ему там самое место! Ведь говорил я ему тогда за завтраком: «Вы, профессор, воля ваша, что-то нескладное придумали! Оно, может, и умно, но больно непонятно. Над вами потешаться будут».

Ну мыслимо ли таким людям доверять валюту? А? Чисто как дети, ей-богу!

Никанор Иванович до своего сна совершенно не знал произведения поэта Пушкина, но самого его знал прекрасно и ежедневно по нескольку раз произносил фразы вроде: "А за квартиру Пушкин платить будет? " или "Лампочку на лестнице, стало быть, Пушкин вывинтил? ", "Нефть, стало быть, Пушкин покупать будет? "

Антракт, негодяи!

Пошевелив пальцами ног, Степа догадался, что лежит в носках, трясущейся рукою провёл по бедру, чтобы определить, в брюках он или нет, и не определил.

Что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет!

Самым худшим пороком человека , является трусость. 

Счастливее двух других был Иешуа. В первый же час его стали поражать обмороки, а затем он впал в забытье,  повесив голову в розмотавшейся чалме

Важное сведение, по-видимому, действительно произвело на путешественника сильное впечатление, потому что он испуганно обвел глазами дома, как бы опасаясь в каждом окне увидеть по атеисту.

– Я ничего и не боюсь, Марго, и не боюсь потому, что я все уже испытал. Меня слишком пугали и ничем более напугать не могут.