Босиком по стеклам. Книга 2

Быть может… завтра, весь этот мир рухнет.
Возможно, завтра для «нас» никогда не наступит.
Но сегодня я буду с тобой.

Жизнь коротка, поэтому нужно брать от нее все.

Нельзя спасти того, кто не хочет быть спасенным.

Сжигать мосты надо сразу, чтобы не было соблазна обернуться. Чем дольше она оглядывается, тем больнее будет разрыв.

Человеческая память очень странно устроена, детка, – он вдруг поддевает мой подбородок пальцем. Невероятно нежным движением. Смотрит в глаза, словно в самую суть заглядывает. – Ты сможешь забыть удовольствие, каким бы сильным и ярким оно ни было, – его губы едва шевелятся, выдавая свою искаженную философию. – Но эту боль будешь помнить до конца, –

Проявление любви — не страдание, не насилие и взаимное поглощение, не шантаж и чувство собственничества. Это только названия каких-то рандомных ощущений, бессознательно возникающие в наших телах, когда мы реагируем друг на друга лишь на животных инстинктах.

Жизнь с тираном — это очень одинокая жизнь.

Жизнь с тираном — это очень одинокая жизнь.
Специалисты говорят, что таких не исправить.
А я уже не знаю, хочу ли пытаться… возможно, одной любви здесь недостаточно, Коул.
Это тяжелая работа, которую ты не готов взять на себя.