Человек с фасеточными глазами

– Иногда смерть – это плата, а иногда всего лишь прощание, и у нее может не быть никаких должников.

Хафа́й было известно, что старики в селении не против рассказывать истории для профессоров и студентов, проводящих полевые исследования. Но старики ведь идут на это из-за одиночества, окунувшего их в воспоминания, а не из-за высоких побуждений, не ради какой-нибудь непонятной культурной преемственности. Одиночество, вот что заставляет их делиться своими историями, которые льются непрерывным потоком, как вода из крана.

Хороший прозаик, как фокусник-иллюзионист, сможет совершить побег, а плохой писатель так и задохнется на дне аквариума, и никто не сможет его спасти.

Наша жизнь иногда своего рода обмен: мы меняем то, что у нас есть, на то, что у нас будет в будущем, но чего нет в настоящем. Бывает, меняем одно на другое, а потом к нам снова возвращается то, что мы променяли однажды.

У меня тоже был сын. Сейчас ему исполнилось бы десять лет. Правда, поначалу я совсем не хотела иметь детей, потому что неизвестно, какое будущее их ожидает, а мне не хотелось, чтобы им потом пришлось жить на острове, который мы превратили черт знает во что. И все-таки потом у меня родился мальчик.

Кто же мог предположить, что на следующий день К. совершит самоубийство. Способ, к которому он прибегнул, можно посчитать банальным, а можно – и необыкновенно оригинальным: он наглухо закрыл все окна и двери, а потом стал сжигать рукописи, одну за другой, и в конце концов потерял сознание и умер, вдыхая дым своих же текстов.

Лучше делать то, что можешь, чем вообще не пытаться.

Если бы все жили так, как мы с тобой, нам понадобилось бы три Земли. Эти расчеты были сделаны в конце прошлого века на основании экологического следа. Но реальность такова, что богатство никогда не достается бедным, а ведь именно им приходится кормить больше всего ртов. Этот вопрос не может быть решен политически или технически, с помощью еще одной Зеленой революции. Богатые люди и влиятельные политики заняли такое прочное положение, что им, в общем-то, наплевать на людей, которые голодают.

Мир похож на невообразимую гигантскую машину, которая не останавливается из-за того, что некоторые люди пропадают без вести.

— Иногда смерть – это плата, а иногда всего лишь прощание, и у нее может не быть никаких должников.

– Ты слишком пессимистично настроен, – сказала Алиса.
– Я не пессимистично настроен, я мизантроп.

Слезы капали на пляж, и вскоре их забирал прилив. Но концентрация соли в морской воде от этого нисколько не увеличилась.

На самом деле, природа не жестока. По крайней мере не особенно жестока к человеку. Природа не наносит ответный удар, поскольку то, что не обладает волей, не может «контратаковать». Природа делает только то, что должна делать. Море поднимается, ну и пусть поднимается, а мы возьмем и переедем, если придется. Если не успеем переехать, то умрем в море, станем кормом для рыб.

В горах вера иногда важнее, чем сила. Когда с верой плохо, то тело сразу чувствует, и, как следствие, конечности прекращают работать как надо. Горы тут же узнают, что ты поджал хвост. Тут-то и происходят всякие опасные неприятности.

Любит он тебя или нет – иногда тоже узнаешь просто через прикосновение.

Я думаю, многие люди, когда строят дома, не понимают простой вещи, что человек «живет» в доме.

«Если гость готов одним глотком выпить вино, которым его угощают, несмотря на то, какой у вина вкус, то это, скорее всего, друг».

– А почему бы не подумать о том, как выживут другие живые организмы, когда в мире столько людей? Если бы человек научился сдерживать размеры своей популяции, то нам не пришлось бы разрабатывать то одно, то другое, разве не так?

Еще больше ей нравились старые деревья со шрамами, которые сами залечивали трещины в коре, выделяя древесный сок. Как будто можно было справиться с любой болью, и любая боль рано или поздно пройдет.