Кроатоан

– Слушай, откуда вы такие взялись? – раздраженно спрашивает он.
– Из дурдома. – Серхи почесывает экзему на шее. – Я сумасшедший. Фатима – нет. Но ты даже не почувствуешь разницы.

Вертолет дает резкий крен, пассажиры хватаются за все, что есть под руками. Стоявшие садятся. Ларедо улыбается: человек предполагает, а Бог располагает. Приходит закон инерции, невидимый закон, и отбрасывает на второй план всякое фанфаронство.

... мы живем во время величайших манипуляций, какие только производились в истории человеческого рода, – говорил Мандель, не сводя с девушки голубых глаз. – Реклама, правительства разных стран, их средства массовой информации… никогда прежде они не располагали такими возможностями, чтобы контролировать нас, заставлять нас чувствовать, верить и желать того, чего хотят другие. И эта тенденция только усиливается.

...когда девушка училась на биологическом, Дино работал там сторожем, а еще сантехником и электриком. Всегда хочется, чтобы такой мужчина был рядом, когда у тебя что-то ломается: водопровод, предохранители или романтические отношения. С последним у Кармелы просто беда, но Дино для починки не годится.

Все заложено в нашей природе? Но если это так, тогда почему в нашей природе не заложено принимать себя, довольствоваться тем, что мы есть, не страдая и не заставляя страдать других? Я всегда задавался этим вопросом.

«Самый надежный крючок для человеческого животного — это любопытство»

... продираясь сквозь воздух на полной скорости, он не чувствует себя убегающим. Он только выполняет свое предназначение, занимает место, определенное для него в планах Большой Матери. К тому же весь мир сейчас перевернулся вверх тормашками. Мир вывернут наизнанку, одним рывком, точно перчатка, и теперь показывает свою подкладку — другого цвета и другой фактуры. То, что имело ценность вчера, сегодня не имеет никакой ценности.

Они как два человеческих мотылька, которых манит свет.

Ясное дело, он порвал со мной одним махом. Скатал нашу совместную жизнь в комок и швырнул в камин.

«Какой обман, какое ужасное надувательство».

Сейчас Ларедо чувствует себя как продавец, который пытается втюхать клиенту подержанную машину под видом новой. Мухлеж никудышного бизнесмена. Надувательство без барыша.

За входом в цирк цирка нет, но все равно похоже. Клоунов тут точно хватает.

Есть еще нечто потаенное, непохожее на все, что возможно помыслить или вообразить. Какой-то переворот, перемена знаков на магнитных полюсах земли.

"Мы снова приматы, какими всегда и были".

Всё, абсолютно всё — иерархии, власть, армии, демократические режимы, диктатуры, — всё было пантомимой от начала до конца, но даже лучшая из пантомим рано или поздно подходит к своему завершению.

"Я должен отсюда выбраться. Хоть через жопу".

Нарушителей столько, что и мы тут все пересрались. А страх может привести и к жертвам.

— Что за херня там случилась? Призрак бен Ладена засыпал в канализацию сибирскую язву? Жак, что происходит?

Страх — как след от удара кулаком в солнечное сплетение. Что происходит? В участке она панически боялась, что ее начнут бить, но теперь ее тревога гораздо сильнее, и, как видно, встревожена не она одна. На улицах много народу: люди несутся по тротуарам, заскакивают в подъезды. Кажется, они сами не знают, от чего убегают.

Происходят некоторые события, а у вас, долбаков, нет никакого объяснения… Вы только наблюдаете, как порядок сливается в унитаз. И нервишки начинают шалить — что, не так?