Увы, Мария Корелли не мой автор! Не так давно я читала «Скорбь Сатаны», и мне вообще не понравилось. Слишком много морализаторства, рассуждений о том, как правильно, как неправильно себя вести, что можно делать, что нельзя и т.д. К тому же я совершенно не поверила в моментальное преображение героя в финале книги. С искренним недоумением наблюдаю за многочисленными переизданиями этого романа в самых разных вариациях и обложках – значит, книга очень популярна. Что ж…
Если бы не рекомендация в «Новогоднем флешмобе», я бы не вернулась к этому автору. А тут подвернулся случай, я решила дать Марии Корелли еще один шанс на завоевание моей читательской любви. Ничего не ждала от книги, но, как говорится, много получила.
Сразу отмечу, что аннотация спойлерит всю историю, от начала до конца. Достаточно ее прочитать, и вы уже знаете сюжет, ничего нового не будет – вот вам еще один спойлер, теперь уже от меня)
В книге мне было душно и скучно, не понравились бесконечные рассуждения, в основном о том, что женщина должна быть целомудренной, скромной, трудолюбивой, наивной простушкой, далекой от развращенного светского общества и бла-бла-бла – именно таким оказался идеал героя. Я понимаю, что во времена написания книги царили совершенно другие законы и порядки, сильно отличающиеся от современных. Да, о них любопытно узнавать, наблюдать со стороны, но автор на протяжении всей истории тычет и тычет меня носом в одни и те же мысли, повторяя их разными словами.
«Видя такую, как она, красивую, богатую и, прежде всего, прекрасно одетую женщину, разве менее удачливые и внешне привлекательные дамы не станут ей завидовать? Общество понимает, о чем я говорю: ведь в наши дни именно одним лишь нарядом женщина может обеспечить себе превосходство. О да, ей обязательно станут завидовать. Однако поверьте, себялюбивая особь женского пола, искренне поклоняющаяся лишь божествам Моды и Капризов, презираема и никому не нужна настолько, что смерть ее не станет потерей даже для так называемых лучших подруг».
Мария Корелли всегда категорична в своем мнении, есть только черное и белое, положительный или отрицательный герой. Третьего не дано. Нина – просто земное воплощение дьявола. В этой героине нет абсолютно ничего хорошего – алчная, лицемерная, лживая до мозга костей, коварная, бессердечная. Не любила ни мужа, ни любовника, ни собственную дочь. Неоднократно подчеркивается необыкновенная красота девушки. Но и это плохое качество, ведь она с ее помощью очаровывала и губила мужчин. Не обошлось, конечно, без многочисленных пафосно-сентиментально-душераздирающих стенаний, которые неизменно погружают меня в тоску и уныние.
«- О жена моя! – воскликнул я. – Супруга, которую я так страстно любил, за которую и вправду умер, если бы она велела! Почему ты меня предала? Я считал тебя воплощением добродетели… Да! Если бы ты выждала хоть один день после того, как сочла меня умершим, и тогда избрала Гвидо своим возлюбленным. Говорю тебе, что нежность моя была столь безгранична, что я бы тебя простил!»
Меня сильно смутили размышления Фабио о смерти дочери. Сначала его накрыло горе, а потом он почувствовал облегчение и чуть ли не радость. Ведь теперь ребенок не будет страдать из-за его мести жене, да и вообще дочь в итоге вырастет и станет женщиной, такой же коварной и лицемерной, как все они. Капец. Складывается впечатление, что бедную Стеллу никто не любил, ни мама, ни папа.
Месть – вещь спорная. Нина и Гвидо, разрушившие жизнь Фабио, действительно, должны понести наказание, но таким ли образом?. Фабио, осуществляя свой сложный план возмездия, вынужден был лицемерить, врать, строить козни, скрывать свою личность, т.е., делать не самые благопристойные вещи, которые сам же порицает. Вынужденное притворство, едва скрываемое отвращение и постоянное общение с предателями убивает все лучшие качества самого Фабио. Он становится жестким, черствым, бессердечным. Я думаю, что месть разрушает и того, кому предназначена, и самого мстителя. В этом деле не может быть положительного исхода. Стоит ли оно того? Или лучше было оставить змей в покое, они сами сожрали бы друг друга без посторонней помощи.
«Взглянув на себя в зеркало, я отшатнулся, словно увидев чудовище. На меня смотрел человек с блуждающими голодными глазами, сверкавшими из-под спутанных седых волос, с бледным, изможденным лицом, суровым, как у безжалостного инквизитора из средневековой Испании. С его плаща стекала дождевая вода, руки и ногти у него были грязные, словно он рыл ими сырую землю, башмаки разбухли от грязи и глины, а весь его вид говорил о том, что он совершил какое-то отвратительное деяние, слишком мерзкое, чтобы даже его называть.
Глядя на свое отражение, я содрогнулся, а потом негромко рассмеялся с каким-то злобным весельем».
Финал и вовсе разочаровал. Я ждала кровавой расправы над неверной женой (хоть что-то интересное могло бы получиться), ведь сколько раз нам повторяли, что страстные неаполитанцы не могут простить изменницу или просто развестись, нет-нет-нет, этого недостаточно. Но автор не позволяет Фабио взять на душу самый страшный грех, и тут в дело вступает, конечно же, кто? Пра-а-авильно, само провидение.
Я, признаться, когда герои услышали сверху треск, хруст и грохот, подумывала, что Кармело вернулся за своим добром, а не вот это все.