Искатель

Как ни поверни, все едино. Когда мужику к сорока, он либо имеет привычку женатым быть, либо нет.

Люди болтают, я никчемный оболтус, ни товаров при мне, ни прыличной одежды, ни скотины, ни богатства. Но я счастлив жить в лачуге, какое дело кому, если его не касается?

- Англичане психи как есть, - говорит Марту Кел. - У них к зверям состраданья больше, чем к человеку. У каждого мужика в стране ребятня голодная ходит, армия ихняя бомбит в гамно гражданских по всему Ближнему Востоку, ему при этом трын-трава, зато по барсукам он чуть не слёзы льёт. И на второй-то пинте.

– Ты ж американец. Вы у себя там все свихнулись на оружии. Палите из него за любой чих. Пристрелить можете кого-нибудь просто за то, что человек последнюю упаковку “Твинков” купил в лавке.

... это ошеломляющее чудо природы – человеческую тупость – недооценивать нельзя никогда.

Кто угодно способен на что угодно.

Скажу я тебе вот что: если хочешь бабу в дом, нужно брать такую, чтоб сколько-то места в нем занимала. Ни к чему девка кожа да кости, с мышьим голосочком, да сама ни слова за весь день ни нынче, ни завтра. Такая – деньги на ветер. Заходишь в дом, надо, чтоб женщину видать было – и слыхать. Знать, что она тута, а то чего заводить-то ее вообще?

Своей земли ему хотелось отчасти для того, чтобы врубать Стива Эрла на такую громкость, какая сшибает белок с деревьев, а забраться в жопу мира – в том числе и затем, чтоб не надо было устанавливать сигнализацию.

Ежели женщине что на ум взбредет, оно оттуда не денется.

– У вас тут в носу не успеешь поковырять, как вся округа уже велит тебе идти руки мыть. 

Жизнь кажется такой большой, когда четыре дня из человека выходит. А когда за несколько секунд, вдруг кажется жуть какой маленькой.

Что б ни творили люди, вплоть до убийства, природа все вбирает, затягивает брешь и продолжает заниматься своими делами.

Я прав или я прав?

... взгляд незамутненной лютой ненависти, какая возможна только в человеке, угрозы не представляющем.

Кто угодно способен на что угодно – даже здесь, похоже.

Изображать пентюха, оказывается, иногда по-всякому полезно.

Кел давным-давно усвоил: это ошеломляющее чудо природы – человеческую тупость – недооценивать нельзя никогда.

То, что перепадает за так, даже по мелочи, воздействует на бедняков – расслабляет их. Это теплая милая волна изумления: раз в кои-то веки мир с тобой щедр.

– Люди, молясь, говорят много лишнего.