#Лучшеезагод.
Классику у нас по традиции не любят. О ней пишут разные мемчики, презрительно фыркают блогеры - мол, классику не люблю, читаю современных авторов. Отговариваются школьной программой - дескать, в школе замучили всеми этими синими шторами Катюши Масловой и дубом Наташи Ростовой. При этом они забывают об одной простой истине - что до классиков надо просто дорасти. Они писали отнюдь не для подростков и не для "кухаркиных детей" (Толстому и иже с ним иногда предъявляют претензию, дескать, он много писал "не по-русски" и поэтому его сложно читать). Но классики писали для тех, кто по-французски учился говорить с дошкольного возраста, ибо у него была нянька-француженка, и маман время от времени при малыше "шпрехала не по-нашему". Поэтому изучать классиков (некоторых) в школе - такие себе... хуже только Солженицын. У Достоевского и Толстого хотя бы можно найти относительно небольшие и более легкие в плане восприятия произведения.
"Смерть Ивана Ильича" к таким отнести... ну, можно. С натяжкой. Ибо мне сия повесть запала в душу по одной простой причине - у меня уже был печальный опыт. Примерно так же долго и мучительно на моих глазах умирала моя мать. Немного от другой болезни (Толстой не ставит Ивану Ильичу диагноза), но отдельные места были легко узнаваемы. И, читая, я не могла не попытаться совместить два опыта - жизненный и книжный - наложив один на другой.
О результатах не говорю, но, надеюсь, когда настанет мой черед умирать, постараюсь достойно это пережить.

Наверное, только великий Лев Толстой мог так осветить столь монументальную тему.
О смерти. Так живо и беззастенчиво.
О том, как она предъявляет свои права.. всегда неожиданно. О том, как одинок больной человек в своей боли и в своём страхе.
Хочется, чтоб пожалели и приласкали.
Хочется, чтобы отстали и не мучали.
Но замечали, не отворачивались.
И не обесценивали страдания.
И не лгали, Боже мой, не ЛГАЛИ!...
Натурализм и жестокая правда в этом рассказе . Ощущение, что Толстой сам неоднократно проходил этот путь- а по возвращении поведал нам об испытанном.
Но на острейшие житейские вопросы ответов нет и у него. Он хоть и гений, но простой смертный гений...

Откровенно говоря, порой хочется забыть о прочитанном. Послевкусие тревожное, смятенное, нарастающее...и «не хочу, не хочу, не хочу!...» -как предсмертная агония Ивана Ильича.

Смерть Ивана Ильича поменялась местами с жизнью. Рассказывается об отсутствии жизни в человеке и о его конечности в теле когда тело, чин и гардины в гостиной составляют псевдожизнь человека. Толстой пытается донести до нас, что за жизнь мы зачастую ошибочно принимаем сутолоку у закрытых дверей, и вот эта "жизнь" в повести и есть та самая сутолока у закрытых дверей и потому повесть лишь о смерти и называется Смерть, а не о жизни и смерти. А жизнь истинная бесконечна во времени и пространстве, спасибо Льву Николаевичу, Светилу моему, за это приятное напоминание.

Жил-был некто Иван Ильич.

Строго говоря, у него был вполне конкретный прототип, старший брат известного биолога Ильи Мечникова и географа-анархиста Льва Мечникова. Но для описания одобренной жизни совершенно неважно, были ли у Ивана Ильича братья, да и фамилия у него в книге другая. Важно, что был он сам - господин чиновник, как принято считать, средней руки, хотя прототип дослужился до действительного статского советника.

Итак, жил-был Иван Ильич. Родился тогда-то, окончил училище по классу правоведения, женился, потому что так было положено в обществе, и, как он думал, не обременительно для привычного образа жизни. Правда, не учел, что жена - это не просто дополнение к "комильфотному" стилю, да и дети могут появиться, а при тогдашней медицине - и умереть, но это, право же, такие мелочи. А если жена достает - можно переселиться на работу.

Итак, жил-был Иван Ильич, грызся с женой, строил карьеру, играл в карты по четвергам с приятным обществом, пытался растить детей - в общем, вел обычную среднестатистическую жизнь. Несколько раз переводился на другое место, но в целом, практически все его жизнеописание уместилось в целую одну главу.

А потом Иван Ильич взял да умер. Чему и посвящены остальные главы - процессу умирания, тому, как человек проводит последние месяцы и дни жизни. Были визиты к господам лекарям, беседы с буфетным мужиком Герасимом, которого он до этого не замечал, "комильфотные" переживания жены, детей, коллег. Понимание, что можно было бы прожить по-другому, без привязки к общественному мнению, приятности. Понимание, что он и дальше бы продолжил жить ровно так же, как и до этого - с "комильфотностью" и приятностью. Все стадии - от отрицания, до принятия неизбежного.

Повесть послужила основой для фильма Акиры Куросавы "Жить". В его интерпретации Иван Ильич (по фильму - Кандзи Ватанабэ) под конец бросил вызов "комильфотной" системе и бюрократии и успел сделать стоящую вещь - пробил строительство детской площадки, которое ранее сам же завернул, будучи частью этой самой системы и бюрократии.

Каждый выбирает по себе.
Щит и латы. Посох и заплаты.
Мера окончательной расплаты.
Каждый выбирает по себе.
(Юрий Левитанский)

Очень сильное впечатление от книги. Чаще всего я сразу берусь за новую книгу, когда дочитываю или дослушываю очередную. Но не на этот раз. Оглушила меня эта книга. Наверное, еще повлияли собственные воспоминания о том, как полтора года назад умирала моя мама. Я сама будто умирала, пока читала. По кусочкам. Как он такое мог написать? Как он мог это прожить? Ведь невозможно не проживать, когда пишешь. Чем книга закончится, понятно с самого начала. Название обязывает. Но вот эти последние слова, которых ждешь всю книгу, всё равно обрушиваются на тебя как огромный тяжелый камень.

Потрясающая книга. Потрясающий Лев Николаевич.

Не то. Ужасно, когда человек думает так о своей жизни на пороге смерти. И ещё больше ужасает, когда начинаешь задумываться о себе: а моя-то жизнь - "то"?
Иван Ильич - обычный человек, женатый, вполне обеспеченный, и работа, кажется, ему нравится. И вот случайная досадная травма, издержка успехов в работе и радости жизни, оборачивается смертным приговором. У него есть время, чтобы осознать своё умирание. Есть время, чтобы подумать о своей жизни. И Иван Ильич успевает пройти все классические стадии принятия. И умирает, открыв некую истину.
Это в какой-то степени облегчает жизнь читателю, ведь автор не бросает героя, не даёт ему умереть в бессильном осознании неправильно прожитой жизни. Автор показывает, что никогда не поздно найти в жизни "то", ради чего стоило её прожить именно так. Даже если искать начал за два часа до смерти.

Вы еще не читали эту повесть? Тогда обязательно прочитайте. Почему-то именно такие книги хочется советовать. При этом, я уверена, она не каждому понравится, но все-таки читайте.

Повесть о том, что жил вот обычный Иван Ильич, как обычный человек работал, женился, в общем, прожил обычную такую жизнь. А когда пришла тяжелая болезнь к нему, перед лицом смерти, задумался наш обычный человек об итогах уходящей жизни. И да, правильно догадались, выводы неутешительные и нерадостные.

Таких людей очень много, да мы все, каждый по-своему, проживаем совершенно обычные жизни. различие лишь в том, как мы относимся в итоге к сделанному, к тому куда шли и куда пришли. Герой жил так, как сам хотел жить, это все было его собственным выбором, но в конце оказалось, что прожито зря все это время. Мне кажется, надо жить так , чтоб тебе было хорошо и ты был счастлив, Иван Ильич так и жил. Может, каждый человек, ожидая смерть, начинает думать что все было не так и не то. А может и правда за всей этой правильной обычной жизнью ,он упустил свои истинные желания, упустил свою иную жизнь в угоду общественному положению.
Да и каждый, больше или меньше, боится смерти, как и каждый, больше или меньше, в такой ситуации недоволен прожитыми днями.
В последней главе герой видит свет, а мне Ивана Ильича так жалко, в таком еще молодом возрасте оказаться на краю смерти, да еще и без ощутимой поддержки близких, что хочется, чтоб для него этот свет был окном, в новую, более счастливую жизнь после смерти.
Очень повесть перекликается вот с этой Чехов - Скучная история , только у Толстова конец все же более закрытый.