На пересдачу — с клыками!

спроси офицера, что он думает о своих служащих, Торкр наверняка ответит, что думает не о, а за них.

На меня посмотрели так выразительно, что сразу стало понятно: этот оборотень из породы тех вспыльчивых мудрецов, которые воспринимают глупость подчиненных как неизбежное бытовое зло. Такое, которое нельзя искоренить, а можно лишь возглавить.

В общем, утро прошло под девизом: пунктуальность – мое второе ять… ять… ять… опять ничего не успеваю!

но здания, выдержавшие землетрясение, случившееся две сотни лет назад, оказались стойки не только к катаклизмам, но и к алчности нынешних застройщиков.

Распрощались мы с Катафалком тепло… Ну если так можно назвать мое горячее желание согреть Катафалка до глубины души и мозга костей на инквизиторском костре.

Α я глянула на магистра, который сейчас был живым олицетворением поговорки: то, что нас не упокаивает, делает нас сильными, опасными, циничными… неврастениками.

— Кого хороним? — оторвавшись от бумаг, невозмутимо уточнил двуликий.
— Пока мой инстинкт самосохранения, а дальше — как пойдет, — честно призналась я.

— Да не убила бы я его… — возмутилась я, впрочем, уже не очень уверенно.
— Угу, ты бы его только покалечила. Но до смерти.

Я же не жаждала становиться объектом сплетен. Я всего-навсего хотела тихо-мирно кроваво мстить!

— Так, Дэй, возьми себя в руки и держи покрепче, чтобы не вырвалась! — приказала вслух.