грохот разбившегося блюда с лазаньей и голос матери, крикнувшей: «У нее же день рождения, сукин ты сын!» Лиша распустила «французскую ракушку» и произнесла: «Дубль пять тысяч десятый, с днем рождения, черт подери».

— Странно, что мы считаем, что на деревьях должны быть листья, потому что полгода они стоят совершенно голые.

Она любила вспоминать, как видела Эйнштейна в лаборатории компании Bell. Мать говорила нам, что её поразило, что когда после лекций учёного ему задавали вопросы, Эйнштейну пришлось попросить одного из инженеров объяснить какой-то простейший закон механики. Все были удивлены, что учёный не знает такого простого закона, на что Эйнштейн ответил: «Я не запоминаю то, что всегда могу посмотреть в книгах ».

Я действительно сбежала в пятнадцать, и до этого даже не подозревала, что, сбеги я, никто не будет меня искать. Все решат: куда бы я ни направилась, там наверняка лучше, чем в Личфилде.

После этого случая отец уже больше не приглашал меня в "Американский легион" или в любой другой бар. Он не приглашал меня на охоту, рыбалку или карточные игры, в "Королевскую ферму", чтобы съесть куриный стейк, и в "Фишерс Бейт Шоп" утром за день до Рождества. Он не приглашал меня в места, где моё женское присутствие может спровоцировать какого-нибудь козла на глупое замечание, после которого отцу пришлось бы порвать ему глотку. Отец мне этого не объяснил, но я и так всё поняла.

«...лошадь надо осёдлывать не только для удобства, но и для того, чтобы показать всем, что ты умеешь на ней ездить».

Его мысли остались для меня загадкой. Я почувствовала в нем такую необъятную и страшную темноту, что его самым большим подарком стало то, что он пытался оградить меня от нее, а самым большим разочарованием - то, что он до конца не смог этого сделать.

для некоторых самоубийство - это самое лучшее, что человек может сделать со своей жизнью.

Сочетание нью-йоркских номеров, интеллигентного внешнего вида и отборной брани произвело на отца неизгладимое впечатление. Он никогда не встречал женщину, которая умела бы так выразительно материться.

У настоящего страдания всегда есть лицо и запах. Их невозможно забыть, как бы ты ни пытался. И страдание знает твое имя.

Я спросила ее, почему она не рассказала нам об этом раньше. Обо всех замужествах и потерянных детях. Тут шестидесятилетняя мать ответила буквально так.
– Я боялась, что вы меня больше не будете любить.

На таблетках для похудания самого мелкого повода было достаточно для того, чтобы она начала сходить с ума. После того как мы с Лишей выучили основной ингредиент этих таблеток, которым оказался метамфетамин, мы придумали частушку:
Метафаметамин,
Таблетки от похудания,
Метамфетамин,
Таблетки для офигевания.

Небо часто было серого цвета, что напомнило мне о небе, описанном в романе «Дракула», действие которого происходит в Карпатах, поросших такими же цепляющимися за скалы деревьями.

Мать положила ногу в ковбойском сапоге на приборную доску и начала петь старую песню:Я старый пастух на ранчо в Рио-Гранде,Но ноги у меня не кривые и лицо не загорелое,Я знаю все ковбойские песни,Которые выучил из песен по радио…

Сначала я ездила без седла, но потом поняла, что лошадь надо оседлывать не только для удобства, но и для того, чтобы показать всем, что ты умеешь на ней ездить. Вполне вероятно, умение надеть на лошадь седло стало первым серьезным делом, которому я научилась за всю свою предшествующую этим событиям жизнь.

Полный скандал, возвращаться домой без мужа. Дальняя поездка, по мнению соседок, не сулила ничего хорошего.

Потом я сказала фразу, после которой Лиша моментально ущипнула бы меня за коленку.– Мне очень жаль, что тебя заперли, – сказала я, и мать рассмеялась.– Блин, дорогая, – ответила мать, – ты тоже заперта, только в доме побольше.Как только она произнесла эти слова, из угла комнаты раздался дружный смех, от которого у меня мурашки побежали по коже.

Звездочка, звездочка, я желание загадала.Пусть сбудется все, о чем я мечтала!Я в это верю, я это знаю