Tigana

Всегда приходится платить. Платить за все. Даже за жизнь.

Когда власть уходит, память о ней остается.

Вы не можете позволить себе такую роскошь, как пренебрежение мелочами.

Они не могут запомнить это имя. Вы знаете. что не могут. Вы нас уничтожили. Разве необходимо продолжать причинять боль? Разве это необходимо?

Он чувствовал бы себя в большей безопасности, если бы не продолжал находить ее столь привлекательной.

"Тигана, пусть память о тебе будет клинком в моем сердце."

"И где бы я ни был, с водой ручейка
Пусть шепчутся сосны, но издалека
Будет мне в сердце струиться тоска,
Мечта о башнях Авалле."

"Он нес с собой, словно груз, словно телегу, в которую был запряжен, словно круглый камень в сердце, образы своего народа, его разрушенного мира, его уничтоженного имени."

"Его детство закончилось слишком быстро, но она не знала, как те же жестокие уроки и лишения избороздили ее собственное лицо, худое и непривлекательное."

"Слова. Попытка передать что-либо словами иногда выглядит таким бесполезным занятием."

Им следовало встретиться, если бы у богов была хоть капля доброты и жалости к ним, в другом мире, не в этом. Не здесь. Потому что любовь была любовью, но ее было недостаточно.

Нет неверных поворотов. Есть лишь предназначенные нам тропы, о которых мы ничего не знали.

Нет неверных поворотов. Есть лишь предназначенные нам тропы, о которых мы ничего не знали.

В тишине перевала под вершинами гор Брачио щемяще-сладко пели птицы, и, глядя на юг, Дэвин увидел, как последние белые облака в вышине расступились, открыв ослепительно сверкающие на солнце снежные пики. Он никогда раньше и вообразить себе не мог, что мир настолько прекрасен и настолько полон боли.

Год за годом падали на землю, словно птицы со стрелами в груди, отсчитывая ее собственную жизнь, ее единственную жизнь.

Быть чародеем не означает быть мудрым или даже иметь простой здравый смысл.

Он нес с собой, словно груз, словно телегу, в которую был запряжен, словно круглый камень в сердце, образы своего народа, его разрушенного мира, его уничтоженного имени.

Всегда приходится платить. Платить за все. Даже за жизнь.

И в это мгновение истина окончательно дошла до нее: может показаться, что совершенно ничего не изменилось, во всех маленьких, поверхностных деталях существования, которые никогда по-настоящему не меняются, поскольку люди остаются все теми же людьми, но сердцевина, стержень всего может стать совсем не похожим на то, что было прежде.