Джори

Айк надеялся найти в книгах надежду, но нашёл лишь забвение. Как будто пришёл к старому другу, а тот изменился так сильно, что и говорить с ним не о чем.

Восхитительный начинался день! Ни единого облачка, воздух прозрачен и остро свеж. Жар солнца ослабел, касание лучей мягкое и нежное, точно старый шелк.

Поистине душа человека, как бескрайнее море, переменчива и непостижима!

Лазоревый, жаркий кусочек неба над головой - словно зеркало в оправе из листьев.

Снова и снова он вспоминал, как она улыбалась, как коснулась его руки, вызывал из памяти мельчайшие детали - поворот головы, жесты, взгляд. Он перебирал мгновения счастья, как скупец свои сокровища.

Счастье, чистое и незамутненное, которое Айк так редко испытывал, переполняло его. Он был как прозрачный сосуд, полный ослепительного света, и строил воздушные замки с такой быстротой, что мог бы уже в них поселиться.

Ветер сгибал ветви деревьев, заставляя листья повернуться серебристой изнанкой вверх, и лес приобрел непривычный зеленовато-стальной оттенок. Быстрая рябь пробегала по листве, точно по поверхности воды. Это было очень красиво.

От земли поднимался плотный, теплый запах прошлогодней травы и легкий, едва ощутимый аромат мелких белых цветочков, росших россыпью у корней деревьев. Если набрать их целую пригоршню, запах словно прилипал к рукам - тонкий, неуловимый, сладостный.