Мои крылья — твои крылья

Хм. А он именно в таких ситуациях меня и трогал. Первый раз – когда поймал, второй… Вот со вторым сложно, мог обойти, но – отодвинул. Что же выходит, он всё-таки соблюдает дистанцию?

Забодать меня! Ну почему у этих крылатых всё так сложно?!

А Итай – облезлый хвост. Рыбий. Ну как так можно-то, а?

Смотрел посетитель с любопытством и без сальности во взгляде, чем сразу расположил к себе. Судя по аккуратно собранным в длинную, ниже пояса, косу светло-зелёным волосам – женат давно и счастливо. У амфиров с причёсками всё довольно строго, но иначе, чем у венгов: мужчины, готовые вступить в брак, отращивают волоcы до плеч, после женитьбы – собирают их в косу, а после развода – обязательно состригают.

– Добрый день, красавица. Новенькая, вместо Тирцы? – улыбнулся мне немолoдой, судя по совсем белой коже, подтянутый амфир.

Невысокий, улыбчивый, франтоватый – лёгкий стильный костюм безупречно белого цвета, жабры подведены блеском, в обтянутых тoнкими перчатками руках трость с серебряным набалдашником. Установившаяся җара плохо сказывалась на амфирах, и вот такая одежда вместе с блеском на жабрах не давали коже пересыхать и помогали не мучиться.

Эля тоже не знала , когда и почему так сильно изменилась жизнь нашего хозяина, но совершенно не мучилась этим незнанием. Она вслед за Тирцей просто не понимала , что меня так завело: ну захотелось мужчине изменить свою жизнь, ну переехал, почему нет? Я честно пыталась объяснить почему, но мы друг друга не поняли.

От безумия этой ситуации и невозможности что-то прояснить у меня зудели рога – так хотелось побиться обо что-нибудь
твёрдое.

Φантазия отказывалась подкинуть хотя бы одно вменяемое объяснение, как это получилось,тем более готовил Исао действительно очень здорово, такому вдруг не научишься.

Связываться с дезертиром не хотелось по очень простой причине: это едва ли ңе самое страшное преступление для крылатого-воина, которое сородичи не оставят безнаказанным. Если бы они пришли его убивать, вряд ли пощадили бы случайно подвернувшуюся под руку демору.

С Элей мы за день успели познакомиться и остались довольны друг другом. Она оказалась местной уроженкой, по отцовской линии унаследовала слабый дар универсала- перевёртыша, выросла в хорошей дружной семье с сестрой и братом. На эту работу её привело собственное упорство: Эля мечтала стать актрисой и уже три года подряд пыталась поступить в театральный институт. Она была уверена, что с таким именем, Эльвира Чёрная, ей прямая дорога именно на подмостки.

Первый испытательный день укрепил мой оптимизм. Ничего сложного от меня не требовалось, а небольшой коллектив оказался безвредным.