Пять красных селёдок

Почти всех сие бедствие — вдовство — застигает врасплох, но все же большинство выживает.

Я имею в виду, что добродетельные люди порой не отличают правду от лжи в силу своей неискушенности. Вот почему безнравственные мужчины, как правило, имеют преданных жен — они отлично разбираются в психологии. Та же ситуация с безнравственными женщинами — зачастую мужья у них на коротком поводке. Это несправедливо, но такова жизнь.

Это был восхитительный день августа, и сидящий за рулём автомобиля Уимзи едва не мурлыкал от удовольствия. Дорога из Керкубри в Ньютон-Стюарт отличалась редкой красотой. А если к этому прибавить ярко сияющее в чистом небе солнце, плывущие белоснежные облака, пестреющие цветами живые изгороди, отличную ровную дорогу, мерно урчащий мощный мотор и ожидающий в конце пути труп, то чашу счастья Питера Уимзи можно было считать полной. Он был человеком, предпочитавшим простые удовольствия.

Прокладывая себе путь через нагромождение велосипедов, Уимзи простучал каблуками по проходу, заранее зная, что эта всеведущая личность уже ждет своего господина у порога с лицом, на котором читается пусть и сдерживаемое, но почти ревнивое выражение.
— Эй, Бантер, — Уимзи лукаво улыбнулся. — А что на обед? Меня сегодня небывалый аппетит. В Гритауне обнаружился восхитительный труп.

Но сама она была из тех представительниц слабого пола, которые если уж взялись излучать свет и благодать, не сойдут с этого пути. Питер внимательно посмотрел на пухлые надутые губки и высокий гладкий лоб. Это было лицо женщины, которая видит только то, что желает видеть, и думает, что можно избежать зла, если вести себя так, будто ничего подобного нет. Ни ревности, к примеру, ни самокритичности. Опасная женщина, ибо глупа. Глупая и опасная, как Дездемона.

"... Согласитесь, на свете существует множество людей, всегда готовых рассказать больше, чем они видели..."

"... Я давно заметил, что безвременно скончавшиеся люди зачастую ни с того ни с сего зачисляются чуть ли не в гении..."

"... Чем больше вы ненавидите за то, что ненавидят вас, тем больше растет у вас злоба и тем больше становится их ненависть..."

"... как и все англичане, не выносил, когда те нахваливали сами себя. Громко во всеуслышание превозносить собственную страну казалось ему попросту непристойным — все равно, что подробно распространяться в курительной комнате о прелестях своей жены..."

Конечно, факт соучастия свидетельствует не в вашу пользу, ведь лучшие из убийц не привлекают сообщников, но нельзя от всех ждать совершенства.

"... даже самые добродетельные жены порой лгут и, к примеру, сочиняют алиби для своих безрассудных мужей. На самом-то деле, чем жена добродетельнее, тем решительнее она лжет в соответствующих обстоятельствах..."

- ...В отеле я обнаружил записку, в которой было сказано, что он срочно уехал навестить больного родственника.
— Больные родственники должны быть запрещены законом, — изрек Уимзи.

К вечеру четверга на одной стороне вывески появился великолепный новый бык: голова опущена, хвост поднят, из ноздрей валит пар — живописец объяснил, что подобный образ лучше отражает состояние голодного путешественника, ищущего еду и ночлег.

- Я этого и не говорю. Но некоторые люди умудряются влипать в истории без чего-либо содействия.

— Господа! — несколько раздраженно обратился к присутствующим начальник полиции, — если вы совершили убийство и думаете только о том, как избежать наказания, вас не остановит такая мелочь, как второй завтрак.
— Если бы убийство совершил я, — возразил прокурор, — у меня бы не было аппетита даже для одного завтрака.

- ...Вот я люблю драться. Бобби Крэйг однажды поставил мне синяк, но я ему так врезала, что у него пошла кровь из носа! Его родителям пришлось отдавать костюм Бобби в химчистку.
— Девушке не следует драться, — укоризненно покачал головой Уимзи. — Даже современной молодой девушке.
— Но почему? Мне нравится драться.

(Здесь лорд Питер Уимзи поведал сержанту, что именно следует искать и из каких соображений, но эти частности мы опустим, так как проницательному читателю не составит труда самому восполнить пробел.)

"Да ладно вам! Это всего лишь его светлость"