Цитаты из книги Под небом Парижа

— Не верю, что я все таки напросилась на эту стажировку.

Эстель начинает в голос смеяться.

— Ты не просто напросилась. Ты буквально снесла дверь в их офис с ноги. А Антуан был твоим автоматом! Никому не оставил шансов остановить тебя!

Попробуй, обязательно попробуй. Потому что по жизни иначе никак. Надо пробовать. Надо говорить с людьми, пытаться найти общий язык и всегда всё пробовать. Ведь всегда есть один процент под названием «А вдруг получится?»

Нежность — худшее, что он может подарить мне. Нежность — то, на что реагируют мои душа и сердце. Нежности под силу пробраться сквозь мою бронь. Нежность сильнее боли.

Порой надо довольствоваться тем, что есть…

«Я обещаю, что сделаю все от меня зависящее, чтобы ты была счастлива», – шепчу я ей на ухо.

Он продолжает смотреть на меня, а затем опускает голову. Я ощущаю его теплый язык и с громким стоном поднимаю бедра ему навстречу. – Это был твой план? Оттрахать меня языком? Я опускаю руку ему на голову, запускаю пальцы в густые мягкие волосы и притягиваю его лицо ближе к нужному мне месту. Слышу, как он усмехается моей реакции.

– К черту, – выплевываю я. С силой рву рубашку в разные стороны и слышу звук отрывающихся пуговиц, они катятся по полу. Откидываю голову назад и любуюсь видом. Он стоит передо мной в распахнутой рубашке, безумный взгляд изучает мое тело, светлые волосы взлохмачены, на губах следы от моих укусов. Я ухмыляюсь и медленно провожу ладонями по его рукам.

Я сделаю все, чтобы она была счастлива, – его слова пропитаны искренностью.

Я смотрю на нее спящую, и мне хочется спрятать ее подальше от всего мира. Укрыть где-нибудь в башне, где никто никогда не обидит ее. Защитить от всех неприятностей и сделать так, чтобы она никогда не плакала.

Я не думаю, что влюбилась в него тогда, по крайней мере, не той любовью, которой женщина влюбляется в мужчину. Но я точно знаю, в тот вечер Алекс стал моим героем. Моим персональным Суперменом из комикса «Марион и ее обыкновенная жизнь». В нее, словно ураган, влетел необыкновенный Алекс. Не сдержавшись, я обняла его второй раз. Крепко-крепко.

«На этой меланхоличной ноте я ухожу мыться!» «И ты стоишь голая, под струями воды… И я…» «И ты тихо помогаешь себе правой рукой у себя в комнате…» «Ты, конечно, смеешься, но у моего кулака с тобой гораздо больше общего, чем ты думаешь!» «И что бы это могло быть?» «Вы оба – мои лучшие друзья!» «Я и кулак! Кулак и я!» «Именно, только он еще и друг с привилегиями, а ты зануда». «Никаких привилегий от меня… Мой дорогой, любимый друг».

Приму за комплимент, Вал». «Всегда рад, ведьмененок».

• Враньё -вот что разрушает абсолютно всё. Наша дружба строиться на правде. Ты говоришь, что думаешь. Я говорю, что думаю. Мы хаваем дерьмо друг друга, осознавая, что в любой ситуации, несмотря ни на что, готовы поддержать друг друга и быть рядом. Вот моё представление о дружбе, Марион.