Орден Крона. Банда изгоев

Я прекрасно владела оружием, но, оказывается, слова и взгляды тоже могли больно ранить. И, увы, в этом я была не очень хороша. В отличие от Джера.

А опыт — это и есть бесконечное подтверждение простых истин, мой друг, — непозволительно бодро отозвался чудаковатый библиотекарь. — Когда открываешь для себя очередную, хочется кричать: «Что ж вы, люди! Бойтесь своих желаний, я серьёзно!» Но люди только посмеиваются и тактично кивают. Ровно до тех пор, пока не откроют это для себя лично.

На любого страшного зверя однажды найдётся свой охотник.

И только здесь, в Кроунице, я начала понимать, насколько всё перемешано. Семеро богов осыпали мир цветами своих склонностей и хорошенько взбалтывали краски. Не было абсолютного зла в виде Ордена Крона и абсолютного добра в виде Иверийской династии. Не было хороших спасителей и плохих злодеев, ложь оказалась неотличима от правды, а справедливость – пресловутая справедливость! – была только точкой зрения и зависела от красноречия её изрекающего.

Боги не посылают нам испытаний, с которыми мы бы не могли справиться.

Нужно быть хищником, а не добычей.

Чтобы победить нужно быть достойным победы.

Порой страх куда более сильный мотив, чем прихоти. И он поможет сдержать стихийное насилие по отношению к тебе.

Завоевать любовь толпы порой проще, чем любовь отдельного человека.

— Просто это… Это не честный бой.
— Честный бой, — рассмеялся Тать. — Да ты совсем ещё зеленая, да? — он почесал рыжеватую бороду. — Я тебе так скажу, Горст. В настоящем бою ты не можешь быть честным или нечестным. Это тебе не дуэли аристократов. Ты либо убийца, либо убитый, ясно? Одно из двух.

— И что в Лангсорде говорят о настоящей любви? — поддержала я разговор.
— Ничего романтического, — улыбнулся мой спутник. — Только то, что любовь подобна жестокому тирану, которому нужно подносить жертвы. И жертва есть наивысшее признание в искренности чувств.

Смотреть в лицо нужно не только опасности, но и ответственности.

— Никогда не торопитесь уходить, — он осторожно двинулся по доскам в мою сторону. — Возьмите себе в привычку считать до десяти каждый раз, когда вы хлопаете дверью. Удивитесь, сколько интересного вы упускаете.

Лишаясь всех чувств, продравшись сквозь все демонические преграды эмоций, остаёшься только ты один, наедине со своим разумом, с тем, кого ты сам из себя сотворил, и нет ничего прекраснее этой разновидности свободы. И этого могущества.

Он ненавидел любовь, как и вы, — вспомнила я отца. — Говорил, что она приводит к гибели. Но он считал человечность величайшей магией.

Он любил её, — Демиург повернулся, и я всё-таки попятилась от его вида. — А это самый сильный крючок, на который только может попасть человек. Самая сильная зависимость и безошибочный рычаг, который действует безотказно. Игра, что приводит к поражению. Болезнь, что приводит к смерти

Зная реакции человека, основываясь на его привязанностях, страхах, желаниях, морали можно управлять им и предугадывать его действия. За столение я ещё ни разу не ошибался в людях.