Charm

Чёрт возьми. Как же это произошло? Как же я перешла от мысли о том, чтобы уничтожить этого парня, к мыслям о нём о нём самом? И как мне это прекратить?

Но Хадсон продолжает ждать и смотреть мне в глаза. Я не знаю ждёт ли он моего разрешения или просто просит у меня прощения. И, видимо, конечном итоге он получает ответ, которого ждёт, потому что начинает передвигаться.

Этот парень начинает мне очень нравиться, и я понятия не имею, что мне с этим делать.

Любовь не всегда бывает беспроблемной. Она не всег-

да бывает красивой. Иногда она бывает мучительной, за-

путанной и сложной. Но, возможно, это нормально. Воз-

можно, любовь не должна быть идеальной.

Возможно, она просто должна быть настоящей.

Я помню, как моя мать как-то раз сказала мне, что она любит моего отца в том числе и потому, что он мирится с ее храпом. Она, разумеется, шутила, но теперь я ее понимаю.

Как это замечательно - найти кого-то, кто принимает тебя такой, какая ты есть. И, возможно, даже любит из-за тех мелочей, которые ты скрываешь от других.

Но такова жизнь, не так ли? Мы меняемся, взрослеем, развиваемся, и некоторые люди сопровождают нас на этом пути, становятся его неотъемлемой частью, а другие сворачивают на свои собственные жизненные дороги.

Чертов рог. Хуже того, их два. Конечно, может, это лучше, чем один, потому что я не чертов единорог. Но все равно.

Напомни мне, Грейс. Что в человеческом понимании означает «обниматься»?
— О Боже, — вскрикиваю я, пытаясь сбросить с себя очень тяжелую руку Хадсона, но это трудно сделать, когда она обвивается вокруг моей талии, удерживая меня на месте. — Слезь с меня!
— Не хочу быть разносчиком плохих новостей, принцесса, — говорит Хадсон голосом, который, клянусь, является воплощением настоящей ухмылки. — Но это ты на мне.

У каждого дара есть своя цена, говорил Ричард, и это цена моего дара. Я могу убить любого силой мысли, но затем мне придется носить этого человека в своем сознании всю оставшуюся жизнь. Отчасти потому мне так легко было предпочесть мучения помощи Сайрусу. А другая причина состояла в том, что я не психопат.

– Если ты сейчас уйдешь, боль не отпустит тебя и на той стороне, она будет поджидать тебя. Единственный способ избавиться от нее – это пережить ее, как бы тяжело это ни было.

И я позволил себе думать, что она нужна мне, нужна больше, чем воздух.

– Сейчас мы вряд ли мы можем надеяться на лучшее. Так что давай будем надеяться на не самое худшее.

– Да, ты явно знаешь, как внушить девушке уверенность в завтрашнем дне, – говорю я ему.

– Я просто называю вещи своими именами, Грейс.

– Пусть ваш путь всегда озаряют солнца.

Я не из тех, кому нравится мучить других – обычно я предпочитаю действовать по принципу «живи сам и дай жить другим»,

Моему самому способному ученику, который достоин получить от этого мира намного больше.

Ричард.

– Похоже, дьявол в самом деле носит «Гуччи».

Он фыркает:

– Я же уже сказал тебе, что я вампир, а не дьявол, – хотя, думаю, тебе можно простить эту ошибку, поскольку тебя угораздило связаться с моим непутевым младшим братом. И, чтобы ты не путалась, это не «Гуччи», а «Армани».

– Похоже, дьявол в самом деле носит «Гуччи».