Имитация. Падение «Купидона»

Я победил всех своих врагов, уничтожил, стер с лица земли, но самый главный враг скрывается внутри. И бороться с самим собой порой сложнее, чем в одиночку с целым миром.

– Страшно было убивать?
– Когда есть за что, убивать не страшно. И когда физическое уничтожение – единственный способ остановить врага. И когда знаешь, за кого ты убиваешь.
– Я знал, что ты скажешь именно это, – удовлетворённо кивает Бернс. – Страшнее, когда не для чего жить, правда?

Моя слепая любовь к нему порой пугает. Иногда мне кажется, что я тоже заложница Купидона, что Квентин добавляет мне его в чай или утренний кофе. Конечно, это не так. Мои чувства настоящие, к сожалению. Почему к сожалению? Прием Купидона можно прекратить, а настоящая любовь не лечится ни временем, ни расстоянием.

Я веду себя, как эгоистичный придурок, осознаю, признаю, но не спешу исправляться.

Я люблю его, люблю любым, вместе с грехами и пороками, но что-то внутри меня сопротивляется требованию сердца, предостерегает, наполняя тревогой. И я безумно хочу, чтобы он дал шанс на счастье не только мне, но и себе самому.

Я снова не сдержал своих обещаний. И ей есть в чем упрекнуть меня. Никакого рая, Фей. Тебя ждут в абсолютно противоположном месте.
Я спускаю курок, не отводя взгляда до самой последней секунды, удерживая ее в мире разрушенных иллюзий, улавливая в переливе эмоций облегчение, отрицание, сожаление и любовь, как ни странно, любовь. Я бы хотел сказать, что испытываю потрясение, скорбь, боль, но ничего нет. Пустота. Я забрал ее жизнь, но это слишком мизерная цена за то, что она со мной сделала…