Moirad ja fuuriad

Наша история касается всех женщин, а не только Матильды. А история женщины - это всегда история любви, того, как люди тонут друг в друге. ... А потом вы выбираете крысиный яд или грохочущие колеса русского поезда.

Dogs, being wordless, can only be mirrors of their humans. It’s not their fault that their people are fatally flawed.

Even then, she knew that there is no such thing as sure. There is no absolute anything. The gods love to fuck with us.

Please. Marriage is made of lies. Kind ones, mostly. Omissions. If you give voice to the things you think every day about your spouse, you’d crush them to paste. She never lied. Just never said.

Жизнь имеет смысл, пока ты молод, окружён такими же молодыми людьми и сидишь в холодном саду, благоухающем смесью цветов, грязи и опавших листьев, сверкающем в паутине из лучиков света, пронизанном тишиной последней спокойной городской ночи.

Красота в сочетании с горем способна ранить любого прямо в сердце.

Вот он, парадокс семейной жизни: ты никогда не будешь знать все о том, о ком знаешь все.

Мир - крайне не надежное место. Люди исчезают из него с поразительной частотой. Словно сама Вселенная наказывает их за плохое поведение.
И если в самом деле можно умереть вот так, за один миг, значит, жить надо на полную катушку.

-  И каково это? – тихонько спросила Натали. – Я имею в виду брак?
– Это как бесконечный шведский стол, – сказал Лотто. – Ты ешь и ешь, можешь есть, сколько хочешь, но все равно вечно голодный.
– Киплинг называл это очень долгой беседой, – вставила Матильда.

Например, если смотреть на наш мир из космоса, то человечество выглядит как одна сплошная абстракция, а Земля – как мерно вращающаяся искорка. Города – это узелки света, приблизьтесь – и они рассыплются на бусинки зданий. С рассветом в их окнах можно будет различить спящие тела, совершенно одинаковые на первый взгляд. Но, если присмотреться внимательнее, можно рассмотреть дырочки ноздрей, зубы, прилипшие во сне к пересохшей нижней губе. Бумажные складочки подмышек.